Я люблю домысливать людей. Пары разгадывать всегда легче, у них видишь не только движения и мимику, но и слышишь обрывки фраз и взаимные реакции на их.
Сегодня мне особенно свезло. Слева от меня лежала пара любовников, возвращающаяся в Россию с отдыха по Карибам, а справа совсем старенькая супружеская пара французов.
Молодая любовница имела выдающиеся формы и очень красивые ногти, настолько длинные, что по ним я сразу распознала русскую из ниже среднего класса. Она явно впервые летела в бизнес классе, но при этом не обращалась за помощью, чтобы выяснить какая кнопочка что раздвигает. Она воровато подглядывала за другими и прикрывая ладонью другую руку судорожно пыталась нажать красивым пальчиком все подряд кнопки. Забегая вперёд скажу, что кресло она всё же сломала. Заказывая напитки каждый раз у неё были какие-то подвыверты. То в шампанское на треть нужно было добавить свежевыжатый сок, то молоко для кофе принести обязательно отдельно и очень холодным. Мол по другому мы сударыни не привыкли.
Её кавалер был наполовину старше её и голова у него была наполовину лысая прямо по окружности держателя наушников. Передняя часть лоснилась жирным загаром, а сзади пышнилась густой шевелюрой. У него был не только странноватый вид лысины, но и странноватое поведение. За четырнадцать часов полёта он ни разу не повернулся к спутнице и даже отвечая на редкие её вопросы нехотя выплёвывал слова вверх и тут же делал вид, что снова заснул. Его калькуляция расходов на вывоз новой любовницы на Карибы видимо сильно давила на его настроение. Девушка понимая, что это единственная и последняя её поездка такого уровня часто мигала, сдерживая слёзы, и ловко для таких длиннющих ногтей перебирала в телефоне фотографии, которыми собиралась поразить своих сменщиц по маникюрному цеху.
С другой стороны полулежала пара сильно потрёпанных французов. За всю ночь они не раздвинули кресла в полную кровать, поскольку лёжа неудобно пить. Мне даже сложно подсчитать сколько они всего вылакали, но со второй половины ночи стюарт стал им говорить, что алкоголь на борту практически закончился. После этого они соглашались на пиво и продолжали пить.
Сухонький с совсем худенькими ножками и воробьиной головкой месье между глотками виски глубоко ковырялся в носу и вытерев казюлину о штанину потёртых джинс доставал телефон. Смотря в него как в зеркало француз широко открывал рот и тем же пальцем проверял свои протезы. Затем он протягивал руку в сторону морщинистой лохматой спутницы детского роста и мизинчиком игриво щекотал её. Она пьяно заливалась смехом и на своём грассирующем языке пропевала ему какие-то нежные слова, между которыми кокетливо гримасничая посылала своему престарелому кавалеру воздушные поцелуи .
Они не давали заснуть всему салону, но я готова была им это простить, потому что своей любовью они уравновесили нелюбовь с другой стороны. Гнетущее серое облако, висящее над молодыми любовниками, накрывало меня печалью. Мне вспоминались все самые неприятные моменты из своей собственной жизни. И спасибо этим нелепым иностранцам, которые в пух и прах разбивали миф о том, что только молодые и красивые могут надеяться на счастье. И какое оно, это счастье. Просто мизинчик, просто улыбка… ну и пару бокалов вина.
Автор текста и иллюстрации Ярошенко Наталья