В России вышел в прокат фильм «Чебурашка» — семейная комедия с достаточно высоким рейтингом. В это же время Украина начала борьбу с ушастым героем: он на полном серьёзе признан оккупантом.
Ряд Телеграм-каналов сообщает, что в киевских школах начали бороться с Чебурашкой — на стенах появляются плакаты с перечёркнутым героем и подписью «оккупант». Не по душе пришёлся Украине успех истории сказочного персонажа, которого все мы помним из детства. Но вот незадача: части русских людей его можно смотреть, а другой части — нет. Ну а тем, кому нельзя, но очень хочется, предлагается не медля собирать вещи и уезжать в Россию.
Недавно министр культуры Украины Александр Ткаченко призвал ко временному ограничению исполнения произведений русских авторов в театрах страны. По мнению украинского политика, произведения русских классиков каким-то образом могут служить орудием борьбы против Украины. Вот смотрю на Чебурашку и думаю: орудие борьбы — ну точно уши, не иначе.
«Это надо не нам объяснять, это не наша проблема, — сказал пресс-секретарь президента Дмитрий Песков журналистам, говоря о борьбе на Украине с Чебурашкой. — Это родителям надо объяснять детям на Украине», — полагает Песков.
А между тем семейная комедия обогнала по сборам картину «Холоп» и стала самым кассовым российским фильмом в истории отечественного проката. Песков говорил, что в Кремле вместе с создателями фильма радуются успеху «Чебурашки», а кинорынок страны в целом нужно наполнять отечественной продукцией.
Думаю, что Чебурашка переживёт незаслуженное звание оккупанта. А как быть с детьми, которых лишили не только мультяшного героя, но и целого пласта русской литературы в лице выдающихся авторов?
Пушкин, Лермонтов, Булгаков… Все, как мы знаем, пошли под запрет и заменены европейскими авторами. Рассказы Антона Чехова заменяют произведениями американского писателя О. Генри и французской писательницы Анны Гавальда (что-то типа нашей Дарьи Донцовой, только не детектив, не хочу никого обидеть), а вместо «Евгения Онегина» и «Героя нашего времени» украинские школьники изучают «Джейн Эйр». Стихотворения Александра Пушкина заменяют стихотворениями шотландского поэта Роберта Бернса, немецких поэтов Иоганна Вольфганга фон Гете и Генриха Гейне. «Евгения Онегина» и «Героя нашего времени» Лермонтова заменяют «Гордость и предубеждение» Джейн Остин, «Джейн Эйр» Шарлотты Бронте и «Собор Парижской Богоматери» Виктора Гюго.
Гоголя переносят в раздел украинской литературы (Николай Васильевич в гробу перевернулся…), при этом из программы убирают «Ревизора» и «Шинель», а также «Мертвые души» «из-за трудностей восприятия этих произведений учениками», а также потому, что «исторический контекст» в них «сложен и далек».
Лучше, конечно, пусть борются с Чебурашкой и покойным Пушкиным, чем со священниками или с простыми русскими людьми… Встав на путь зла, Незалежная давно обнулила свое будущее, хоть и с завидной регулярностью пробивает очередное дно, которое, казалось бы, уже невозможно пробить.