Эту историю недавно рассказала мне моя бабушка, которая родилась в одной из деревень Московской области. Дело было в конце 30-х годов.
У мамы моей бабушки, то есть моей прабабушки, когда-то была подруга по имени Глаша. Оставшись в девять лет сиротой, после смерти отца, её на воспитание взял к себе старший брат. Мать ещё при рождении дочери отдала Богу душу.
Отец воспитывал её, как мог. Лаской сильно не баловал, но и в строгости не держал. А у брата жена чуть ли не каждый год детей рожала, поэтому Глаша в няньках у них была. Несмотря на юный возраст, все было на ней, а про то, чтобы сходить куда-нибудь на вечёрку и разговору не было никогда. У неё ведь стирка, готовка, вечно орущая детвора, на всякие ребячьи шалости времени совсем не оставалось. И когда на горизонте появился паренёк, по имени Петр, которому понравилась девушка, радости её не было конца. А когда он посватался к ней, Глаша от счастья вовсе чуть не умерла. Думала, - вот и кончились мои мучения. Замуж выйду, и заживу вместе с мужем своей гладкой, да ладной жизнью.
После скромной свадьбы, что смог устроить для молодых её брат, Глаша с мужем перебралась жить в дом к свекрови. И как водится во многих историях, свекровь невзлюбила новоявленную сноху. Несмотря на то, что девушка была очень покладистой, умела и печь, и вышивать, из любого отрезка могла такую обновку соорудить, что залюбуешься, но свекровь не унималась. Каждый день пилила её, поедом съедала, куском хлеба помыкала, за то, что девушка не из богатой семьи. Хоть и сами они были из простых крестьян, да все же кой-какую скотину держали, имели небольшой запас зерна, и огород. Вот женщина и возомнила себе, что в женах у сына должна быть непременно их ровня, а не голая сирота.
Пётр матери не перечил, она воспитывала его и двух дочерей одна, а Глаше твердил, - потерпи, моя ягодка. Скоро на ноги встанем, выстроим себе собственный дом и съедим.
И Глаше приходилось терпеть. Хорошо хоть сестры Петра были девушке рады. Всюду хвостиком за ней ходили, все за Глашей повторяли. А она и рада была всему их научить, что знала сама.
Так прожили они несколько лет. Все деревенские девушки, кто после Глаши замуж вышел, давно детьми обзавелись. А вот ей Бог никак дитя не посылал. Что ещё больше раззадоривало свекровь.
- Уже и сестры твои просватаны давно, а Глашка наша, как пустое корыто, - не стесняясь снохи, твердила сыну мать, - ты бы свез её к знахарке в соседнее село, может она, что путнее вам подскажет. А то кормим девку, да не в коня овёс.
- А что, Петя, может и вправду съездить нам к знахарке, - поддержала как-то Глаша разговор, - чем черт не шутит, а вдруг и взаправду поможет.
Только Глаша ступила на порог старенькой халупы, что стояла на краю села, раздался душераздирающий кашель.
- Девка, - прошамкала седая женщина средних годов, - никак сдохлая ты.
- С чего это вы так решили? - удивилась Глаша.
- Ты вошла, а за тобой зловония, как от мертвеца пошли. Вон, всю хату мне ими провоняла.
Глаша схватилась за сердце, и в приступе лёгкого помутнения повалилась на стул.
- Знаю я, с какой бедой ты ко мне пожаловала, да не быть тому никогда.
Глаша залилась слезами, - чем на себя я накликала такую беду? Вроде бы зла никогда никому не желала. Счастья в жизни своей толком не видела, окромя любимого мужа. Хотела, чтобы все было как у людей и дом, и свои детишки. Да видно Богу угодно, чтобы чужим я детям утирала носы.
- Ты, девка, не реви, - спокойным голосом сказала седовласая женщина, - акушерка, что роды у матери твоей принимала, такой подарочек подсуропила тебе. При родах, отец отсутствовал твой. Акушерка же, увидя, что мать твоя померла, из чистых побуждений решила напоследок накормить тебя материнским молоком. Тебя к груди приложила, а сама за твоим отцом побежала. Вот ты и напилась молока от мёртвой. Можно сказать, в ту ночь ты вместе с матерью умерла.
- Да разве может такое быть? Разве у мертвых молоко бывает?
- В нашей жизни и ни такое бывает, - ответила ей знахарка, - здесь тебе ни я, никто другой не поможет. Только отчетливо вижу я, что будешь ты счастлива в этой жизни. Да и счастье твоё будет таким, что другим и не снилось.
Поначалу Глаше не хотелось жить.
- Как смотреть в глаза любимому мужу? - задавалась она вопросом, - да и свекровь правомерно теперь будет пилить.
Пётр же, как только жена к нему вышла, понял все без каких-либо слов.
- Ничего, будет и на нашей улице праздник, - обнимая её, сказал Пётр жене на ушко. И ведь как в воду глядел.
Прошло ещё несколько лет и пришла на нашу землю война страшная. Мужиков, да и многих женщин забрали на фронт. Сестер Петра, вместе с мужьями угнали в плен немцы, откуда-то с передовой. Свекровь убило разорвавшейся рядом с ней миной. Брат Глаши погиб на фронте, а жена его, при родах очередных, померла. Глаша же, собрала под своим крылом всех детей и увезла их в Сибирь, к дальним родственникам. Где не было слышно стрельбы, где мало мальски люди имея огород, могли выжить.
Когда в 1944 году Петра комиссовали по инвалидности и он отыскал жену, в их доме насчитывалось ровно одиннадцать голов малолетних детей. Всех Глаша с Петром воспитали и вырастили. Всем дали должное образование. Никого не отдали в объятья смерти, как было во многих семьях тогда.
Сейчас их уже нет в живых, умерли они следом друг за другом в очень почтенном возрасте, успев подержать на руках правнуков своих.
И сейчас, во время больших застольев, где собираются все, от мала до велика, на почетном месте стоит пожелтевшая фотография - счастливые Глаша с Петром, в окружении одиннадцати малолетних ребят.
С уважением и любовью к вам, ваш канал Всегда Разная 💖.