В детстве я считал отчима настоящим браконьером, он много и успешно охотился, а его маленькая ягдтерьерша Роза в этом ему здорово помогала. Если в сухой год ранней осенью в реках было мало воды, отчим выходил добывать бобра. Шкура бобра рано приобретала надлежащий вид, чтобы из нее можно было шить шапки или шубы. У отчима был простой план, он брал ружье, собаку и шел вдоль реки в поисках зверя. Бобры жили или в построенных домиках или в норах, сделанных на обрыве берега реки. Собака забегала в нору и выгоняла бобров, и когда те пытались уйти под водой в безопасное место, отчим стрелял в них, а точнее в пятно, которое было видно под водой. Но не все бобры сдавались без боя. Однажды бобер вступил с собакой в серьезный бой и прокусил ей бок, зубы у бобра острые и крепкие, рана была глубокой. Собака выбежала из норы истекая кровью, отчим повез ее к местному ветеринару. Тот осмотрел собаку, присыпал каким-то веществом рану, видимо от заражения. Рана на боку у собаки зажила через пару недель, недаром говорят, «заживет как на собаке». Однако, отчим больше не стал рисковать ценной помощницей и не ездил с ней на бобра. Тем более шкура стоила небольших денег, просто азарт охотника был в нем настолько силен, что он был готов на все, лишь бы добыть зверя. Он хотел передать свой опыт мне, охотно и много учил меня, всем секретам, что знал сам. В те годы я и считал отчима злостным браконьером, но все же и сам в последующем ловил бобров, но более простым способом - на капкан. Странно, отчима осуждал, а сам не лучше его. Что ж наверно такая участь у охотника, или просто другой возможности дохода у нас в деревне не было.