«Давай бери, на тебя сшиты! Мамочка, берите, не пожалеете. Ребенка не слушай, она не понимает, а ты понимаешь», — громкоголосая грудастая продавщица пыталась перекричать толпу в джинсовом ряду рынка «Фаллой». Я стояла рядом с ней на пыльной картонной подстилке и ждала, когда взрослые примут решение, покупать ли мне джинсы.
«Фаллой» в переводе на русский означает «Труд». Вот так, на рынке «Труд», в рядах барахолки, где-то между хрустальными люстрами, шубами из норки и шашлычным двориком, проходил мой шопинг. Все мои шопинги с 1994 по 2002 годы.
Ранним утром в воскресенье папа и мама внезапно уведомляли нас о выезде в город. Ехать туда из Беслана около 30 минут. Под сборник группы «Абба» мы ползли неспеша на Волге-24 мимо маленьких сел и пригородов Владикавказа. Я смотрела в окно и тихо мечтала о том, чтобы мне купили красивые вещи. Красивые вещи я видела в каталогах Quelle, которые просочились в наш город вместе с гуманитарной помощью из Германии. В девяностые нам передавали коробки с килькой, шпротами, макаронами и растворимым кофе. Коробки раздавали во дворе, говорили, что это гуманитарная помощь. Мы были детьми и совершенно не понимали, что такое гуманитарная и зачем нам вообще нужна какая-либо помощь, но разглядывать коробочки с надписями на иностранном языке и пробовать «ихнюю» кильку было интересно. Но все же не так интересно, как каталог Quelle, конечно.
Он был толстенным, глянцевым и полностью на немецком языке. Диваны, кровати, компьютеры, эротические игрушки, рации, одежда для мужчин, женщин и детей – в нем можно было найти все. Папа и мама сразу вырвали из каталога все страницы с интимными товарами. Мы не понимали, что это за причудливые штуки, но их резкое удаление их журнала нас интриговало. Однако все мое внимание было приковано к разделу с одеждой для подростков. Это были вещи мечты.
На каждой странице был указан номер телефона для заказа товара. Все это выглядело, как загадочный и завораживающий кусочек другого мира, неимоверно жизнерадостного и недоступного. Я даже поверить не могла, что можно вот так взять телефон, набрать номер и заказать одежду, которая понравилась, буднично и легко – как за хлебом сбегать. Ведь в нашей семье обновки были огромной редкостью. И покупки мы планировали сильно заранее, все вместе обсуждали, кому из сестер нужно купить новую обувь или куртку. Для нас было нормой донашивать одежду и обувь за старшей сестрой. Иногда что-то интересное перепадало от двоюродных братьев. Мне, например, достались строгие красные в клеточку брюки со стрелками. Я клялась одноклассницам, что они женские. Новые вещи мы покупали на рынке в случае острой необходимости: когда у кого-то вырастала нога или платье стало коротко.
После того, как в школе отменили форму, потребность в обновках выросла в разы. Конечно, нам хотелось одеваться, как девчонки из обеспеченных семей, но в идеале – как те самые модные подростки их каталога Quelle.
Подростки в модных худи, варёнках, разноцветных кроссовках позировали на фоне красных кирпичных стен, у аккуратных заборчиков на пляже или сидели на ограде у красивых домов. Их мир и то, как они были одеты, будоражило ум. Мне нравилось додумывать, как эти дети живут, что едят, куда ходят с друзьями. Я мечтала так же вальяжно сидеть на бетонной ограде в этих сумасшедших кроссовках и таких модных джинсах, а потом лихо запрыгнуть на розовый велик с белоснежным багажником и кататься по гладкому асфальту под пышными ветками желто-красных деревьев.
И вот, со всеми этими фантазиями я стою за прилавком на пыльной картонке в джинсовом ряду и не понимаю, купят ли мне джинсы – интрига года. Взрослые начали торговаться – значит, брать не хотят. Но продавщица уступает. И вот они – мои новенькие джинсы! Голубые, с широкими карманами и заниженной талией. Я буду носить их еще три года.
Обратно мы ехали в отличном настроении, закупив всем по порции шашлыка в лаваше и баночке колы. Еще мы покупали буженину, маринованную свеклу и жареные кукурузные хлопья. Дома, пока мама и папа с аппетитом ели все закупленное, мы развлекали родителей, примеряя обновки. Самым популярным комплиментом от папы было «Уау!». Он говорил это, продолжая есть и широко улыбаясь.
День заканчивался выполнением уроков к понедельнику и фантазиями о том, как я буду завтра выпендриваться в новых джинсах перед одноклассниками. В конце концов рядом с школой тоже есть ограда, на которой можно вальяжно развалиться в модных голубых левайсах...