Чтобы понять, что же произошло дальше, непременно следует взглянуть на карту – не с целью ознакомления, ибо у меня нет сомнения, что каждый читающий эти строки взаимное расположение государств, о которых идёт речь, прекрасно знает, а для оценки расстояний.
Вот Афганистан, вот Герат, вот Кабул. Вот здесь, южнее, Кандагар.
Вот Британская Индия и дружественный ей Пешавар. В Бомбее (с 1995 года – Мумбаи), что на западном побережье Индостана, располагалась резиденция генерал-губернатора колонии; у него есть своя армия, свои немалые ресурсы, а также – что чрезвычайно важно для нашей темы – право самостоятельно принимать решения, не связываясь по каждому поводу с Лондоном.
Генерал-губернатор лорд Окленд – полномочный представитель своего государства в регионе. Благодаря своим агентам он в курсе событий, происходящих в интересующих нас местностях: в Тегеране (там обосновался Роуленсон), в Герате (Поттингер), в Кабуле (Бёрнс). У него развязаны руки – он (повторю!) вправе принимать решения, которые считает нужными для процветания империи.
И вот Россия. Император – в Петербурге; и от него кабульские интриги бесконечно далеки.
Война, которую французский король Луи-Филипп развязал сначала против Мексики, а затем заблокировал и Техас, Николая Павловича волновала вполне серьёзно – потому что в разрешении конфликта принимали участие Северо-Американские Штаты и Великобритания. Воцарение королевы Виктории и парламентские выборы в Лондоне – как-то они отразятся на европейской политике?.. Кубинское (с ударением на первом слоге) восстание в Дагестане – как часть общей Кавказской войны… Подготовка к подписанию Лондонского договора о независимости Бельгии и Люксембурга… Неспокойно на Балканах…
Ну что там за Кабул за пустынями и за горами!
Генерал Симонич со своей Миссией в Тегеране, командир Отдельного Кавказского корпуса генерал от инфантерии Евгений Головин, сменивший на этом посту вышедшего из доверия Розена, генерал-губернатор Оренбурга генерал Перовский… В отличие от лорда Окленда, ни один из них не обладал ни полномочиями на проведение самостоятельной политики, не имел ни сил, ни средств, ни полномочий, даже если бы и попытались сделать это.
Пока генерал Симонич и поручик Виткевич составляли донесение и оформляли соответствующие договора, пока отправили депешу в Тифлис, пока она добралась до Петербурга…
Лорд Окленд действовал куда оперативнее и решительнее.
В Кабул отправился Александр Бёрнс готовить переворот в пользу Шуджа-шаха Дуррани – он хоть и состоял в родстве с эмиром, да только принять на себя обязательство оставаться покорным политике Бомбея не гнушался. Параллельно 30 июля 1838 года в ставку персидского шаха под Герат прибыл посланник Окленда с ультиматумом, в котором говорилось, что эмират является союзником Британской Индии, и продолжение войны Бомбей расценит как объявление войны империи – персидская армия начала бесславную ретираду. Покорному лондонской политике махарадже Сикхского государства, вплотную подступавшего к границам Афганистана и Персии, Ранджит Сингху всё тот же Окленд отправил партию пушек, и ни у кого не возникло сомнения, что повернутся их огнедышащие жерла в любом направлении, куда укажет британский перст. В Персидский залив вошли несколько британских кораблей и высадили на территорию Персии десант – впрочем, он не начинал активных действий, а только обозначил готовность принудить персиян к покорности…
Следующий шаг индийского вице-короля: в августе 1838 года на территории Индии началось формирование экспедиционного корпуса для похода на Кабул. Цель похода официально не объявлялась, однако скоро всем стало известно: войско отправится на Афганистан.
Ну и в довершение ко всему вышесказанному 1 октября всё того же 1838 года Улик Джон де Бург, 14-й граф Кланрикард, посол Великобритании в России вручил Николаю I ноту протеста, в которой действия Симонича и Виткевича выставлялись в невыгодном для Европы и Санкт-Петербурга свете.
Повторю то, что уже сказано несколькими абзацами выше: на что Николаю Павловичу тот Кабул?.. Да и Карлу Нессельроде, не говоря уже о Константине Родофиникин…
Все по Шекспиру: Что им Гекуба?..
Ссориться с Лондоном Николаю не хотелось. Понимал ли он неизбежность вооружённого конфликта в будущем?.. Навряд ли – уже не раз упоминавшийся Нессельроде убедил государя в союзнической надёжности Австро-Венгрии, а против двух таких империй Лондон выступить решился бы навряд ли. Однако ж Николай Павлович решил гусей не дразнить, и за Афганистан драться не стал.
Проект договора, который подготовили Симонич и Виткевич так и остался нереализованным. Дипломатов отозвали.
(Фрагменты из исторического повествования
«Ян Виткевич: УБИТЫЙ НА ВЗЛЁТЕ»)