Армия – это люди, готовые по приказу умереть. Никакая другая служба не требует такого самоотречения, а военная прямо обязывает. Причём умирать полагается молодцевато, с удалью. Павшим – памятники с гордыми эпитафиями, выжившим – ордена, почёт, женское восхищение и уважение общества… Так выглядит гражданский консенсус. В идеале. Но иногда механизм ломается, и тогда военных, честно выполняющих свой солдатский долг, вдруг начинают презирать и ненавидеть… В великосветских салонах, университетских аудиториях, один за другим, как кролики из цилиндра фокусника, появляются люди с внимательным, приветливым взглядом, говорящие и пишущие на прекрасном русском языке, логично мыслящие и умело дискутирующие… «Как мне стыдно за наших военных!» – говорят они, морща нос и небрежно оттопыривая мизинец. «Какие они грубые, невоспитанные, жестокие, в отличие от…» Эти «светлоликие» могут быть правыми и левыми, монархистами и социалистами, но все объединены одной мечтой о светлом будущем, в котором не существует России. В самых радужных планах этих образованных интеллигентов нет места взрастившему их Отечеству. Именно из их числа рекрутируются предатели, заговорщики, агенты иностранных разведок и уполномоченные наднациональной закулисы. Для них русская армия – нож у горла. Они – вечные и кровные враги защитников Родины.
– А почему «вечные»?
– Потому что ни вчера на свет родились. Эти «цивилизованные прогрессисты» ещё во время Крымской войны в 1853 писали пасквили о русской армии в «Колокол» Герцену и приходили поглазеть на берег финского залива, как британские корабли обстреливают Кронштадт, шумно радуясь каждому удачному попаданию. Позже, во время русско‑японской, в 1905 слали письма японскому императору, поздравляя его с победой при Цусиме и со взятием Порт‑Артура.
– А сегодня они посылают поздравления Вильгельму?
– Есть честно призывающие всемерно содействовать поражению России. Но гораздо опаснее те, кто ратует за войну до победного конца, исподволь готовя полное разложение и уничтожение Отечества. Я не буду сейчас митинговать на эту тему.
(Сергей Александрович Васильев. «Распутин наш. 1917»)
