Предыдущая часть:
24.3
На следующий день после ужина я бежала в общежитие, зажав в руке долгожданный конверт. Он был подписан строгим, крупным мужским почерком, который я уже успела запомнить. Столько дней не было вестей от Нико! Я уже подумывала о том, как бы рвануть на подмогу. Втайне надеялась, что дракон не пишет, потому что рассчитывает сам вскоре вернуться. Но, видимо, дела у спасательной экспедиции на южном континенте идут не блестяще.
Заперев дверь комнаты на ночь, я зажгла лампу у стола и положила письмо перед собой. Летящий серебристый дракон на печати переливался голубоватыми искрами. Я приложила к личному клейму Нико ладонь, и конверт развернулся сам, оставалось только расправить исписанный тонкий листок.
«Моя милая Дана,
Надеюсь, ты достаточно соскучилась по мне?» ...
Я рассержено запыхтела. Так он нарочно молчал? Вот ведь нехороший дракон! Хитрый и коварный!
«А я очень скучаю и думаю о тебе». …
Я улыбнулась и простила наглеца.
«Прости, у нас не было возможности вырваться хотя бы на полдня в город. Целую неделю мы только жгли и жгли леса на юге Ничьих земель, и конца этому не видно. Всё затянуло паутиной, а в ней гигантские пауки — плод магии крови. Пока что мы не разобрались, кто расплодил их.
Сегодня мы вернулись в столицу Белого царства. Паучья зараза сюда пока не добралась, но государство Эйнара уже охватила смута. Вестей о самом царе пока нет. Рассчитываю узнать хоть что-то ближе к логову Юнру. Мы выдвигаемся к границам земель лесных людей. Вероятно, причина бедствий обнаружится там.
К сожалению, связи со мной в ближайшие дни не будет. Надеюсь, ты не бедокуришь там, мой огонёк, и с экзаменами всё хорошо.
Целую и рассчитываю обнять тебя очень-очень скоро, моя Дана.
Твой Нико».
Я перечитала записку, и еще, и еще раз. Первые и последние строки, а потом и середину. Кажется, от бумаги даже гарью пахнет, настолько всё плохо!
Встала и заходила по комнате, перебирая в памяти сухое описание, данное Нико бедствию — «конца этому не видно». Это пишет дракон, один взмах крыльев которого, уносит его за многие километры. Откуда же столько пауков расплодилось? Да еще так быстро!
Неужели Юнру возродилась и теперь мстит всему краю?
А бедняга Эйнар? Мне вспомнился высоченный мощный полуэльф и его прекрасная, задорная улыбка. Неужели он погиб в неравной схватке с могущественной чародейкой? А что будет с Нико, когда тот столкнется с возрождённой, а значит, гораздо более сильной ведьмой? Конечно, с ним отряд верных товарищей — только это дарит надежду, что новый, грозный враг будет повержен, а мой любимый дракон останется невредим.
Я вернула письмо в конверт и убрала в ящик стола. Написала записку леди энн’Галлдиор, что известий о ее сыне пока нет. Она хоть и ядовитая колючка, но все-таки мать и имеет право знать. Отправлю завтра, уже поздно. Я устало потерла глаза.
Сегодня был сложный день. Экзамены по истории мира и географии я сдавала самому ректору! Никаких билетов и времени на подготовку я не получила, вместо этого с меня потребовали подробный рассказ о Ничьих землях, о том, как я оттуда выбиралась, о привычках обитателей и об их занятиях. Я подробно описала плантацию рабовладельцев, которую мы с Нико случайно сожгли, а также остров болотной ведьмы и деревушку, разоренную воинами Эйнара. Подробно описывать столицу Белого царства не стала — кажется, Эйнар против того, чтобы о его государстве стало известно широкой публике.
В общем, я напрягалась и даже вспотела, стараясь не сболтнуть лишнего, а потом меня немного погоняли по историческим событиям последних тысячелетий, по биографиям зангрийских королей и отпустили с миром.
У встреченных возле парка одногруппников был утомленный, заморенный вид. Судя по всему, наставница Солей хорошенько отыгралась на них за отсутствие должного внимания на лекциях. Вот же мегера! Как я рада, что не пришлось отвечать ей!
Следующий экзамен — магфизика, и я его точно не завалю.
Я приняла долгий теплый душ, переоделась в ночнушку и нырнула в постель. Немного покрутилась, устраиваясь поудобнее. Полюбовалась розовыми бликами от магического цветка и тихонько отбыла в мир сновидений. Мне ничего не снилось уже несколько ночей. Кошмары подзабылись, потому я испугалась, когда сквозь сон услышала какой-то неясный гул.
Что это? Уже утро? Побудка? Выдираясь из остатков сна, я села на кровати и прислушалась.
Нет, еще темно. За окном спокойно и ровно горят огни ночной подсветки. Комната в розовых всполохах аладарийской розы в стекле — замечательный подарок Нико исправно разгоняет мрак.
Снова шорох. Это в моей комнате!
Я встала, накинула пеньюар и обошла ширму. Ночная свежесть проникала через распахнутую створку окна. А я хорошо помнила, что закрывала ее на ночь. На полу мне спросонья привиделась какая-то черная клякса. Но тут же вспыхнули два желтых огонька. Глаза!
Я вскрикнула и попятилась от страшного дикого зверя. Это очередные проделки Шеллара и его полоумных дружков? Хотела призвать огненную стихию, даже руку вытянула, вот только услышала тихое знакомое меканье.
— Черныш? Это ты? Как ты здесь оказался? Ты же был заперт!
Я подошла ближе. Да, это мой ханн. Только глаза сверкают не совсем обычно.
— Что с тобой?
Я провела ладонью по круглой голове и наткнулась на острые мелкие осколки стекол, застрявшие в густой шерсти. Не поранилась, но, кажется, поняла, как ханну удалось освободиться.
— Ты разбил свой вольер? Но зачем? Я не могу держать тебя у себя, пойми, Черныш.
Ханн снова тихо мекнул, стукнул копытцем об пол и высоко подпрыгнув, исчез в темноте ночи. Я метнулась к окну.
— Черныш! — позвала шепотом.
Снизу блеснули его глаза.
Нужно отвести ханна на факультет фамильяров, так будет лучше. Здесь обычный первый этаж, у меня получится и спрыгнуть, и подтянуться обратно.
Я забралась на подоконник и выскочила в ночь.
Вот только босые ноги не ощутили колких стеблей травы под окном. Я падала в темноту колодца.
Продолжение
К началу книги:
Буду рада отклику, приятного чтения! Подпишитесь, пожалуйста, на канал, чтобы поддержать книгу и не пропускать новинки.