2
- Ты понимаешь, Сереж, зубы растить надо, - говорил Сергею дед Троцюк, выдыхая дым, когда очередной бесконечный рабочий день, наконец, завершился.
Был, наверное, восьмой час или около того. Дождь так и не начался. В холодном свете уличных фонарей все казалось мутным из-за мороси, которая наполняла сыростью и холодом вечерний воздух, отчего хотелось повыше поднять воротник и побыстрее попасть в тепло.
- Ты вот, вроде, весь из себя, а все равно на тебе ездят, - продолжал поучать бывший прапор, - не будешь в морду в ответку давать, так и будут… ну, понимаешь меня, не пацан ведь уже.
Сергей молчал, да и что отвечать было? Да, начальник взвалил на него работу вечно больной Иры, а что он мог поделать? Орать, что ли? Любу или Свету напрячь?
Троцюк, в принципе, был нормальным мужиком — отслужившим свое в армии, и сейчас занимался в офисе хозчастью. Работал он если не для удовольствия, то по привычке, потому что «так надо» и по-другому не умел, не привык. Сергею он нравился - за то, что практически сразу с первых дней его в этом офисе старый прапор не сказал ему ни одного плохого слова, да и с начальником или Любой Троцюк предпочитал не конфликтовать.
Был он, конечно, не тряпкой, мог и нагло всех послать. Особенно памятен был случай, когда он отказался 50% премии «мужской» к 23 февраля отдавать. Не смотря на все настояния Светы и Любы, что к 8 марта они свои 50% также отдадут мужикам … а, вот, и не отдали.
- Сдачи давать, а не зубы наружу, так и уважать будут, - не останавливался дед.
Сергей продолжал молчать. Ну, да - сила, наглость, хамство… - прав, наверное, Троцюк. Да что там - наверное, конечно, прав!
- Может, подвести? - спросил Троцюк, выбрасывая сигарету в лужу.
- Да не надо, я на автобусе — ответил Сергей, хотя самого так и подмывало согласиться, но опять это хреново нежелание вгонять людей в дискомфорт встало непреодолимой преградой. Да и выслушивать очередную нотацию о «правильном мужском поведении» не хотелось.
- Ну, давай тогда, - Троцюк протянул руку и Сергей пожал потную ладонь деда - не очень умело, не было у Сергея никогда привычки руки жать.
Обходя лужи, Сергей отправился на остановку. Идти было не далеко, метров пятьдесят-- шестьдесят всего. Сергею нравилась эта дорога, которая позволяла хоть немного отдохнуть и вообще сбросить всю эту моральную гадость, накопившуюся за рабочий день.
Задумавшись о недоделанном отчете, на первых же шагах Сергей наступил в разливенную лужу… «И как можно было ее не заметить!» - психанул Сергей. Ледяная вода обожгла внутри ботинка не менее сильно, чем изжога, полыхавшая у него в желудке.
«Все - забыть об этом всем и не думать больше», - каждый раз повторял себе Сергей по пути на остановку как мантру. Хотя бы на несколько часов забыть об этом компьютере, начальниках, Любах и Светах.
- Зажигалки не будет? - окликнул на автобусной остановке парнишка в сером худи с сигаретой в руке. Дал и проигнорил начавший звонить в сумке телефон.
Телефон, однако, не умолкал. И Сергей, отойдя за павильон остановки, взял трубку.
Без приветствия и вступления начальник начал заливать в трубку о том, что отчет должен быть у него завтра на столе к девяти утра и т.д. «Да, да, да» - бесконечное поддакивание – все, что требовалось отвечать начальнику, попробуй поперечь! «У меня крышу сносит, когда мне поперек говорят» - вот это Сергей запомнил с первых дней пребывания в этом офисе, об этом «Босс» не давал забыть, регулярно вопя на него в первые его дни пребывания в офисе.
- Сколько можно? Весь день я талдычу вам, а вы опять ничего не сделали! Чем вы вообще занимаетесь? Вчера! Я повторяю - вчера отчет должен быть у меня на столе! Как так можно безответственно относиться? …и чем вы вообще занимаетесь на работе? Курите только? Завтра нас с вами ожидает серьезный разговор, Сергей Валентинович. ООООООООООООчень серьезный!
Дальше Сергей не слушал, просто поддакивал. Хотя внутри так бомбило - мне ведь работать не дают, то одно, то другое! Когда мне этот отчет делать? Когда у меня даже интернета нормального нет! Да еще за эту Иру работай!
«А это не аргумент, уважаемый» - вспомнилось, как начальник парировал все его жалкие оправдания. «Требователен, принципиален» - это из случайно прочитанной характеристики на босса. Ну да…
Сергей не заметил, как он далеко отошел от остановки и смотрел вслед отходившему от остановки старому автобусу со смешной надписью на борту «Время Нового Транспорта».
Он уволился бы с превеликим удовольствием, но не выплаченная ипотека по квартире, в которой он уже не жил, алименты и необходимость платить за съемную квартиру тянули вниз, и страх быть уволенным был гораздо выше желания уволиться и больше не терпеть этот змеевник, называемый коллективом.
Вообще-то, после развода, Сергей жил с родителями, но съехал через пару месяцев назад, не выдержав постоянных нотаций мамы, тяжело переживавшей его развод. «Что люди подумают?», «вот проститутка», «зачем с квартиры съехал?», «будет эта сука кобелей туда водить, да и Алиночка (дочь Сергея) не нужна ей! Испортит ребенка!» «не плати ей алименты, забери дочь и точка! Завтра же иди к юристам!» - и т. д. И это повторялось каждый вечер как предтеча ужина и за ужином, и после ужина и утром и всегда, когда Сергей бывал дома. Конечно, родители желали ему только добра, но Сергею просто хотелось, чтобы от него все отстали хотя бы на один день, на один вечер, на один час.