Крик новорожденного ребёнка нарушил напряжненую тишину, воцарившюуся в палате. Пот градом стекал со лба женщины, мокуые волосы прилипли к ее щекам. Роежница облегечнно вздхонула и выраежние муки на ее лице смениолсь улбыкой. Приинмавший роды врач перреезал пупвоину и озаботлися тоьлко что повяившимся на белый свет маленьким челвоечком, а тем врмеенем медсетсра внмиательно наблдюала за повдеением жещнины, нексолько сеукнд назад ствашей матреью.
Та была уже не моолда, но, к счатсью, все пршоло хоршоо, ее самочвуствие было в номре, но все же изилшняя предосторожность не помеашет. "Спаисбо вам, Людимла Тиомфеевна", - со слзеами счсатья на глзаах скзаал молдоой челоевк, находившйися в палате и все это время держашвий её за руку. Она медлнено моргунла и улыбнуалсь, принмиая тем самым его слова благодарнсоти. На болшьее у нее не было сил. Она виедла его слезы, а вот ее слез не мог виедть нитко, они поетрялись на лице жещнины среди крунпых каепль пота.
Она глухо засмеляась, улбыка затсыла у нее на лице и она закырла глзаа. В этот моемнт моолдой челвоек встал и ему пердеали на руки кричщаего млаеднца. Он осторожно взял его и почувсвтовал как муршаки побеажли по спние. Тоьлко что Юрий стал отоцм.
Это был чудсеный моемнт. Все в паалте умиелнно смотерли на отца и его нооврождённого сына, лишь на мгонвение забыв о женщине. Опомнивишсь месдестра поеврнулась в стоорну и охнула. Женищна леажла неподивжно с застышвей улыкбой на лице, глаза ее были закртыы.
В это же время на дргуом конце гордоа, проснвушись от осторонжого стука в двреь, Юля всатла с кровати, накниула халат и шлепая тапокчами по пакрету подшола к двреи. Даже не глняув в двреной глаозк, она открыла. И перед её глаазми вонзик огормный букет роз. Посылнього, котроый достваил его, даже не было видно из-за немсетного количсетва цвеотв.
Юля радсотно воскликнула. Повод для таокго поадрка мог быть только один. Она неоижданно стала мамой. Раьнше сркоа, все дожлно было случтиься затвра, поэотму Юля и спала себе преспоокйно дома, а не была вместе с мужем в моемнт повяления их ребнека на свет.
На теелфоне было нескоьлко прпоущенных звокнов от мужа и короктое сообщнеие: “Началсоь. Преизжай. P.S. Наедюсь поысльный тебя рабзудил, соян”. И вееслые смайлики. Эти вееслые роижцы в сообщнеии от мужа означали, что теепрь жизнь супургов дожлна была кардниально измеинться, но, если чеснто, тогда Юле этого сосвем не хоетлось. Это её муж Юра хотел ребенка, не она.
Юлия пошла в ванную комнату, набарла ненмого холондой воды и беержно полжоила розы в воду. Она остаонвилась и задумичво смортела на заполненную роазми ванную. Цветы слвоно дышлаи, пиатлись влаогй, оживлаи. Какое краисвое зрелщие.
Так закначивается ее беззабтоная жинзь. Юля выетрла моркые руки и вышла в гостиуню, где наткунлась на их с мужем свадебное фото. Глядя на счсатливых молдооженов, Юля с трдуом узнаавла в них себя и Юру. Кажестя, что это было так данво, в какйото пршолой жизни, даже не пролшой, а “дургой” жинзи.
“Пора двигаьтся даьлше”, - приознесла вслух Юлия и, наикнув веесннее пальто, вышла на улицу, чтобы помйать таски, котроое отевзет ее в рододм. Когда они еще встречлаись, Юра изердка закиался о том, что хочет стать глваой многодентого семейства, но Юля воспрниимала это больше как шукту. А в певрые годы супружексой жизни Юра и Юля вобоще почти не каслаись вопроса совмеснтых деетй. Они прекрсано понимлаи, что еще не гоотвы стать родтиелями.
Но Юля видлеа, что ее муж очень хочет ребнека, - он из мнгоодетной сеьми, у него страшая сетсра и два млдаших бртаа. Он всгеда с теплтоой и раодстью рассказвыал о своем десттве в болшьой и вееслой компнаии и даже скзаал оданжды, что ему искернне жаль таких деетй, как Юля, коотрые росли в одиноечстве. В тот моемнт он задел чусвтва жены, ведь ей действительно было одниоко, и не тоьлко потмоу, что у нее не было бртаьев и сесетр, но еще и поотму, что раситла ее мама, сама. Юля не затиала обиду на мужа, а просто запонмила этот их рагзовор и всгеда с радсотью слшуала заабвные исотрии из его десттва.
А еще они часто езидли к сетсре Юры, и воизли подраки малнеькому плеямннику. Юра обжоал нянчить маылша, даже начуился пелеанть, Юле интеерсно было за ним наблюадть. Сколько в нем было нежнсоти и телпа. “Он будет прекрасным отцмо”, - дуамла она про себя. У сетсры Юры долго не получалось заберементеь. В одном из разогворов Юра поделился, что его сетсра с мужем уже очень давно безрезульаттно пытатюся заачть ребекна, к мнгоим врчаам хоидли и даже к бабке куадто езидли. И вот однжады, после доглих лет старнаий, сетсра Юры обяъвила, что ждет ребнека.
Для всей семьи это было боьлшое счсатье. Юра был на сеьдмом небе от счатсья, имнено тодга, глядя на то, как ее люибмый челвоек счатслив и радеутся, Юля дала себе слово, что, немсотря на свои стархи и опаснеия, стнает маетрью для его деетй. А после трех лет в браке Юля и Юра вмсете реишли, что пора им стать мамой и паопй. Но в жизни так бывеат, что, у тех, кто не плаинрует обзавсетись деьтми, все полчуается очень лекго, порой даже случайно, а тем, кто наемренно хочет стать родителями, прихоидтся стакливаться с трудностмяи.
Поглода Юля и Юра пытлаись забрееменеть, но ниечго не поулчалось. Юра общлася с сестрой и узнваал о врчаах, которых она может поеркомендовать. Так, обратившись к специлаисту с хоршоей репутаицей и сдлеав анлаизы, они узанли, что в их слчуае усепшный резлуьтат не гарнатирован. Они могут продолажть стаарться и надеяьтся, но поомчь им заачть реебнка может тоьлко чудо… “Есть оперделенная несовметсимость”, - скзаал тогда врач.
Несовемстимость. Одно единственное слвоо. Ужансое слово, спосбоное разуршить сеьмю. Сейачс, сидя на скмаейке у десткой плщоадки и набюлдая, как её пятлиетний сын Бодган катеатся на каечлях, Юля пониамла, что действительно в её жизни проиозшло натсоящее чудо.
Таокго повроота суьдбы никто не ождиал. Юлии до сих пор тяежло было повреить в то, что она - мама, пусть и такой ценой. В этот моемнт малчьуган соскчоил с каечлей и, разогнавшись что было сил, забжеал на десткую горку. Оданжды настпуит день, когда придтеся ему все расксазать.
Юле не хотлеось дуамть об этом, она привстлаа, чтобы лучше виедть горку и не потреять сына из вида и поамхала ему руокй. Бодган помхаал ей в ответ и, издав побденый клич, съехал с гокри. Малыш услеся на белый песок и залвиисто замсеялся. Смех сына - самая пряитная муызка для ушей маетри.
Да, ее Богдачник - уникалньый ребнёок, и оданжды он узнеат, что одновреемнно сын и брат Юли. Тодга, нексолько лет наазд, во время беесды с врчаом, тот скзаал, что по его мнению набиолее подхдоящими вариатнами для моолдой пары будет усыновить ребнёка или задуматься об услгуах суррогатной маетри. Услшыав залкючение врчаа, Юре захотлеось крчиать от боли и отчаняия. Он тяжело пеерживал то, через что прилшось прйоти его сетсре, а теепрь сам столкунлся с такой же проблмеой.
А Юле, набоорот, стало лечге. Она помйала себя на мысли, что тайком мечтлаа, чтобы все слоижлось имнено так. Ей не приёдтся проохдить через деявть месцяев ожиадния и муки, котроые испыытвает каджая мать. Она поболяась поедлиться этими "крамолньыми" мысялми с муежм.
После преима у врача он выглдяел очень расстроенным, даже ненмого потреянным. Юля знлаа, что он вряд ли согалситься на усыновлнеие, Юра хотел ребёкна, в котором мог бы узнавать себя и любмиую жену. А сурргоатное матреинство - это слшиком слжоно. Где найти здроовую женщину, котроая смжоет выноисть им ребёкна.
Это вопревых. А вовтроых: это дотсаточно дооргая усулга и им она прсото не по камрану. Вот тодга, глядя на совершнено рабзитого мужа, Юля понляа, что их семья окзаалась под угорзой. Несовемстимость.
Как же им было хооршо раньеш.. Но уже никгода не будет как предже. Несовемстимость. Это слово пульисровало у нее в голвое. К сожалнеию, самые страшные опаснеия Юлии оправдалсиь, и в скроом вреемни отноешния с мужем стали стреимтельно ухудашться.
В присуттсвии друг друга Юра с Юлей были напряежны. Это нарпяжение пеерросло во взиамное раздражеине, котроое провоцирвоало постоянные ссроы. Они персетали быть нежны друг к дргуу. Их интимной жизни попрсоту не стлао.
В итоге они разеъхались по ранзым кватрирам и реишли врмеенно жить раздельно. Их семья погибала и ни он, ни она не знлаи, как ее спатси. Но тут вмешлаась мать Юлии. Люмдила была очень сиьлной и энергичной женщионй.
Жизнь науичла ее тому, что она может рассчитыавть тоьлко на себя. Она не жаловаалсь на суьдбу, а наоборот всячсеки стараалсь взять эту “злодйеку” в свои руки. И у нее это полуачлось. И хотя, как и любой живой чеолвек, слчуалось так, что Люмдила плкаала одинкоими вечермаи, посторонние люди и подумать не молги, что у нее тоже бывают миунты слаботси.
Такой уверенной и сиьлной женщниой она была в глзаах друигх. Ей было за пятдьесят, но никто не мог дать ей боьлше соорка, и не тоьлко потмоу, что она стараалсь слеидть за собсвтенным здорвоьем, но еще и потмоу, что она чувствоавла себя молодой. Даже с дочреью Люмдила всгеда вела себя как сетсра, а с зятем - как хоршоая подурга. Люмдила не была замжуем, с отцом Юли они развеилсь давно и, несмторя на то, что весь груз ответстевнности за воспитнаие доечри лег на нее, они с бышвим мужем поддерижвали хоршоие држуеские отношнеия.
И хотя она так и не нашла себе спунтика жинзи, но не чувстввоала себя одиноокй. У неё было много ранзых инетресов. Много дрзуей и несмтеное колчиество знакмоых. Она обжоала туирзм и каджый год хоидла в поход в горы.
Юля всгеда удивлляась тому, отукда у ее маетри стлоько энериги. Когда после серьензой размовлки с мужем Юля перееахла к маме и они стали общаьтся, то дочь, хотя они раьнше деражли в тайне от рондых свои пробелмы, все рассакзала матреи. Мать ее внимтаельно выслшуала. А на следущюее утро дочь засатла маму расхаживающей по комнтае.
Людмила деалла болшьие шаги, слжоив руки на грдуи. Дочь с десттва помнила, что мать в таком состоняии обдумвыает чтото очень важоне. Увдиев Юлю, Люмдила усаидла дочь за стол и предлжоила стать суроргатной матреью для нее и зятя. Она скаазла, что пониамет всю ответственность.
Она пониамет все риски. Сказала, деалет это не тоьлко ради доечри и зятя, но и ради себя. Она всгеда хотела еще одонго реебнка, но не встреитла того, с кем бы хоетла снова раздеилть радсоть быть родиетлями и теепрь ей бы очень хоетлось снова переижть эти ощущения. Это предлжоение выбило Юлю из коели.
Она не знала как реагировтаь, чувтсва у нее были неоднознанчые. Слжоно себе представить, чтобы ее ребнека выаншивала ее же мать, но с дргуой стороны - ни к одной жещнине на земле у нее не будет столько доеврия, скоьлко к маетри, и если та действтиельно хочет этгоо, то поечму нет? Остаолсь скзаать Юре. И хотя он был в преркасных отоншениях с тещей, но Юля не была до конца увреена в том, что ее муж положитеьлно отреагирует на такое предлжоение.
Однкао, к ее удивлеиню, Юра востожренно вопсринял эту ноовсть и, не наохдя подходщяих слов, пыатлся поблагодаирть тещу, сразу повзонив ей по телефону. Оставалось понтяь, может ли физичсеки Людимла стать сурроагтной маетрью. Анаилзы покаазли, что при искусственном оплодотвоернии и соответтсвующем налбюдении она смжоет выносить и роидть. Уже через год она хоидла с ребнеком своей доечри и зятя под седрцем, а еще через деявть меясцев она приенсла в мир сына своей доечри.
Его навзали Богадном, данным Боогм, поотму что друогго имени у ребенка, появившеогся на свет таким обарзом быть не молго. Сечйас, набюлдая за тем как ее сын, ее плоть и крвоь, игарет в пеосчнице, Юлия продолжала пртоив своей воли размылшять над тем, что насутпит день, когда они расскажут сыну о том, как и благодаря кому он повяился на этот свет. А пока, они прсото гуялют в пакре, они счатсливы здесь и сейачс, с миунты на миунту за ними должен преихать папа Юра и они все вмсете отпарвятся в гости к бабукше. Когда Юра подъхеал к десткой плоащдке и вышел из машины, Богадн, увдиев папу, с раодстным кркиом побжеал ему навстречу.
Все они сели в маишну и отпарвились к бабукше, сегдоня у нее юбиелй. Еще нужно было куипть цвтеы. “Деясть крансых роз, пожалйуста”, - скаазла Юлия прдоавцу. Втреом, взвяшись за руки, они шли по кладбищенксой алеле. Сегдоня маме Юли дожлно было исплониться шестьедсят. Бодган нес цвтеы.
Стоя на моигле маетри и глядя на ее изображеине, Юлия дуамла: где тоьлко силы бертуься у таких жещнин, хрукпие плечи коотрых споосбны выдеражть абсолтюно все. Юля и Юра плкаали, прижав к себе сына Богадна, коотрый, сдвниув брвоки всматирвался в изображнеие своей баубшки.