Три фрагмента, ради которых стоит прочитать «Несущих коней» — вторую часть тетралогии «Море изобилия» Юкио Мисимы.
Вообще, этот роман стоит прочитать хотя бы для того, чтобы вспомнить: люди, несмотря на свою уникальность в частном, одинаковы в целом, и это «целое» касается многих мечтаний, целей и средств, идей и страхов.
«Я такой же, как и все». Не знаю, как вам, а мне эта мысль несет успокоение, доверие миру и желание что-то делать.
Ну, а теперь к цитатам.
1. «…они воображали себя белыми людьми, вынужденными жить в какой-то варварской стране. Им было здесь любопытно, и в то же время они хотели вернуться „домой“, в Лондон. Госпожа Синкава любила время от времени повторять: „Как я устала от этой Японии“».
Описание японской знати, начало ХХ века. Наглядный пример того, что идея противопоставления «белых людей» и «этой страны» универсальна. Вопрос в другом: в чем же секрет такой притягательности англосаксонского мира? Не в том ли, что Ортега-и-Гассет называл «исконно господскими чертами», которые сегодня («сегодня» у О.-и-Г. — это 1929 год) распознаются в «рядовом человеке», а «прежде отличали лишь самые верхи общества»?
Знаете, что это за черты? Жизнь для себя и в свое удовольствие, твердое навязывание своей воли, нетерпимость к иерархии и отказ подчиняться кому бы то ни было, поглощенность собой и своим досугом, привычка кичиться своей экипировкой.
Это, конечно, народное представление о «господских чертах» и «верхах общества». Оно же и воплотилось в «рядовом человеке», который к верхам общества исторически не принадлежал и соответствующего воспитания не получил. Вспомнить хотя бы малиновые пиджаки и золотые цепи nouveaux riches девяностых или образ Джанго освобожденного. Нам сейчас они кажутся смешными, но… «Над кем смеетесь?!»
Впрочем, вернусь к «господским чертам». Мне они в некоторой степени напоминают характеристики детского кризиса трех лет. Вот только родителей, обучающих, как выходить из конфликтов, и объясняющих разницу между «мое» и «чужое», нет. Есть «родители», предлагающие больше новых игрушек и больше развлечений в обмен на послушание и лояльность.
2. «Фактически, уверенность в том, что официальная политика неправильна, обычно приходится на юношеский период, когда человек считает, что родился не в то время. Исао не раздумывал над этим. Когда рекламная башня, высившаяся где-нибудь в городе, смущала его, отправлявшегося в школу, своими плакатами с красавицами, он видел в этом неправильную политику. Их политическое единение должно было опираться на свойственное юношескому возрасту чувство стыда, Исао „испытывал стыд за современное положение“».
Эта часть (да и весь роман) у меня перекликается с «Траекторией краба» Грасса. Общая линия, по большому счету, одна: юноша увлекается былыми героями, славой прошлого, которой нет в современном ему мире, и идет на преступление, подражая своим героям — героям того времени. Это и проблема взросления, и проблема одиночества, и проблема становления Я-концепции, поиска своего места в этом мире, и проблема вызова родительским взглядам.
Мисима, кстати, дает рецепт преодоления этого: если вкратце, он таков: «Молодых людей нужно более всего предостерегать от смешения понятий „чистота” и „история”… историю надо всегда воспринимать в целом, а чистота — это не историческая реалия».
Да и Грасс тоже: «Вот если бы ты подарил мне [модель корабля] лет в тринадцать или четырнадцать, тогда мне не пришлось бы теперь впадать в детство».
Но начинать готовить по этому рецепту надо не в подростковом возрасте, а гораздо, гораздо раньше. Кстати, есть мнение, что дети, которые не прожили кризис трех лет (поскольку «бунт» был задавлен авторитарными родителями), потом отыгрываются за всё и «дают джазу» в пубертатный период. А родители не понимают: что это вдруг стало с их вежливым и умным ребенком?
3. «— Можете делать что угодно со всеми, но не трогайте только Бусукэ Курахару. Если с ним что-то случится, больше всех пострадает твой отец. То, что ты числишь преданностью, обернется страшным грехом сыновней непочтительности».
То самое «не все так однозначно», над которым сегодня принято иронизировать. Мы не знаем и не можем знать всей картины событий, истина у каждого своя, и, более того, она не является константой, как не является константой сам человек.
Осмысленное действие учитывает последствия не только для его актора, но и для окружающих. Об этом, в порыве осчастливить всех, часто забывают. Да и для себя самих просчитывают последствия в лучшем случае «в моменте», а не на долгие годы вперед.
Как бы то ни было, выбор всегда за нами.
#Мисима #Грасс #Ортега-и-Гассет #чтопочитать