В Калининградской области экскурсоводы очень любят акцентировать внимание на хаусмарках (прообраз адресной системы). Во-первых, это отдельное искусство, простая и ненавязчивая красота, украшающая фасады домов, доставшихся нам в наследство от пруссов. Во-вторых, плох тот гид, у которого не найдётся городской легенды про эти горельефы и барельефы, с помощью которых можно разбавить серьёзное повествование об архитектуре. Но, речь сегодня не об этом – поговорим о малоизвестном факте: именно в Пруссии впервые на законодательном уровне появилась нумерация домов и связано это было с нарастающим при Фридрихе Вильгельме I … милитаризме.
Но для начала немного об истории вопроса. Да, всё же о хаусмарках и шпайхермарках. Культура нанесения скульптурных отличительных знаков на хозяйственные объекты зародилась еще в Средневековье. Первые «адресные» барельефы появились в кёнигсбергском складском квартале – гавани Ластади (район, где ныне находится спорткомплекс «Юность»). Тогда потребовалось как-то отличать множество однотипных фахверковых складов, чтобы не перепутать куда выгружать товар. На торцах зданий стали крепить первые «картинки», которые назвали «шпайхерские марки» (от «шпайхер» - «хранилище», «амбар»). К тому времени все складские постройки уже имели выразительные имена (Лев, Медведь, Пеликан, Орёл), поэтому сюжетная линия барельефов их повторяла.
К сожалению, ни Ластади, ни его шпайхермарки не сохранились – всему виной английские бомбардировки финальной стадии Второй мировой войны. Однако, в каждом городе Калининградской области можно встретить их продолжение – хаусмарки. Как следует из названия, эти бетонные картинки размещали на жилых домах. Здесь стилистика уже была связана с родом деятельности владельца имущества, либо являлись геральдическими элементами.
Однако, адресная система не могла не эволюционировать. Произошло это в период правления прусского короля Фридриха Вильгельма I, который был помешан на военных реформах и армии.
Последовательный, с немецким педантизмом, милитаризм «короля-солдата» привёл к изданию в 1737 году приказа по прусской армии, в котором было заложено важное требование: «за день до вступления войск в город, все дома должны быть пронумерованы». Вот так потребность в быстрой и простой координации войск, размещению по квартирам, расположению складов, привела к городской революции в Европе – появлению на домах номерных знаков.
Справедливости ради отметим, что попытки нанесения цифр на дома были предприняты десятилетием ранее в Праге и Париже, однако то был всего лишь эксперимент в некоторых городских кварталах. Законодательно же первопроходцем стала Пруссия.
Стоит отметить, что нумерация домов изначально не вызывала массового одобрения. Первыми возмутились священнослужители, которые называли цифры на домах «меткой сатаны». В городах возникали бунты, жители ходили по улицам и срывали таблички. Во многом причина была связана с тем, что нумерация облегчала работу военных рекрутов при мобилизации, которые теперь более успешно могли находить уклонистов.
Первая система нумерации применяла принцип последовательности. Домам присваивали номера сначала по одной стороне улицы, затем, в её конце, разворачивались и продолжали отсчёт уже в другую сторону. Таким образом, друг напротив друга стояли дома с первым и последним номером на одной улице. Система «чет - нечет» пришла в Пруссию позже – в период Наполеоновских войн.
Постепенно жители Пруссии смирились с новой системой, т.к. она серьёзно облегчила работу экстренных служб – пожарные и медики стали приезжать по адресам гораздо быстрее, нежели было ранее. Впрочем, от хаусмарок на домах всё равно не избавлялись, за что бывшим жителям этой земли большое спасибо – барельефы придают городам Калининградской области отдельный шарм.
И еще, о современной нумерации. Мы всё же сохраняем свою уникальность. В Калининградской области в домах с несколькими подъездами номер присваивается не всему строению, а каждому отдельному пролёту, что вводит в ступор туристов.