Мне говорят: - А ворон белый?! Я отвечаю: - От рождения такой! И не делю ни с кем уделов, Храня своей души покой! - Опять ты с головы на ноги... - Зачем стремитесь крылья ПОДРУБИТЬ? Я не такой как все, Но Вам ведь не мешаю, «Скелеты» прятать, И по течению, молча, плыть... У Вас мирок, руководимый златом, А, для меня важней семьи уют! Сжав кулаки, не повернусь спиною, В которую, без злобы, но плюют! Я — не судья с суровым приговором, Плохой отец, и нерадивый брат!? Порой бывает очень грустно - Не повернуть мгновенья все назад! Увидеть вновь улыбку мамы, Веселый взгляд уставшего отца! Испить придется все же эту чашу, Смахнув слезу, упавшую с лица...
Мне говорят:
- А ворон белый?!
Я отвечаю:
- От рождения такой!
И не делю ни с кем уделов,
Храня своей души покой!
- Опять ты с головы на ноги...
- Зачем стремитесь крылья
ПОДРУБИТЬ?
Я не такой как все,
Но Вам ведь не мешаю,
«Скелеты» прятать,
И по течению, молча, плыть...
У Вас мирок, руководимый златом,
А, для меня важней семьи уют!
Сжав кулаки, не повернусь спиною,
В которую, без злобы, но плюют!
Я — не судья с суровым приговором,
Плохой отец, и нерадивый брат!?
Порой бывает очень грустно -
Не повернуть мгновенья все назад!
Увидеть вновь улыбку мамы,
Веселый взгляд уставшего отца!
Испить придется все же эту чашу,
Смахнув слезу, упавшую с лица...
