Жанна привела своего семилетнего сына Никиту на приём к детскому психиатру. Молодая женщина была разгневана. Рассказывая доктору о причинах визита, она ни разу не взглянула на мальчика, демонстративно дистанцируясь от него, словно наказывая за что-то. Ребёнок сидел молча, уныло опустив голову. Он не понимал, почему мама сердится на него, и чувствовал себя виноватым. Никита старательно отвечал на вопросы доктора, тем самым стараясь угодить матери, и надеясь на то, что она смягчится и простит его.
Жанна обвиняла сына в воровстве. Она рассказала, что три раза находила свой кошелёк спрятанным в самых неожиданных местах. Ей удавалось обнаружить пропажу в процессе уборки, когда она уже отчаялась что-либо найти. Первый раз кошелёк был найден за шкафом в прихожей, второй – под диваном в гостиной, в третий – за стиральной машиной. Поскольку Жанна с сыном жили вдвоём, она решила, что Никита в лучшем случае шкодничает, «а хуже того – прячет, чтобы потом использовать эти деньги!» Словам ребенка она не верила, его оправдания только усиливали её ярость. Жанна перестала разговаривать с сыном, а спустя два дня повела его к врачу, чтобы «он проверил твою голову, и сказал, что с тобой не так!»
Однако, после беседы с ребёнком и диагностики врач не нашёл у того никакой патологии, он был уверен, что мальчик говорит правду, утверждая, что у него и в мыслях не было никогда брать, а тем более, прятать мамин кошелёк. Доктор попросил Жанну рассказать подробнее о днях исчезновения кошелька. Нехотя женщина начала описывать: конец рабочей недели, «стресс, как всегда, от которого никак не избавиться, даже не могу пойти в кафе с коллегами, расслабиться, потому что сына не с кем оставить», - здесь она бросила быстрый обиженный взгляд на сына, - «к тому же надо проверить уроки, запланировать дела на выходные, а это уборка, закупка продуктов и приготовление еды на неделю!»
Жанна заканчивала фразу на повышенных тонах, словно обвиняя весь мир в том, что она несчастна, что она устала, что ей надо немного отдохнуть, остановиться, освободиться от постоянного напряжения. Вдруг она заплакала: «я так устала, я больше не могу». Никита подошёл к матери и обхватил, как смог, её трясущиеся плечи. Спустя некоторое время, когда Жанна немного успокоилась, доктор посоветовал ей пройти полноценное обследование: клиническую диагностику, электроэнцефалограмму и МРТ головного мозга. Жанна с горечью воскликнула: «ну, конечно, я же больная!» Пропустив это эмоциональное замечание, доктор продолжил и предложил ей обратить внимание на то, не исчезает ли в доме еще что-то, менее важное? Затем врач посоветовал поставить дома камеру и просматривать её периодически. На это у Жанны и вовсе не нашлось слов, она в растерянности кивнула и, схватив сына за руку, покинула кабинет, как показалось доктору, навсегда.
Жанна вернулась. С результатами обследований и шокирующими результатами собственного расследования. Камера показала, как через пару часов после того, как она, уютно устроившись в своей кровати, вдруг встаёт, ходит по квартире, перекладывает вещи, словно занимаясь уборкой, возвращается в кровать, а затем встаёт уже со звонком будильника. «Я ничего этого не помню!» - изумлялась женщина. «Да, я замечала, что некоторые вещи лежат не на своих местах или исчезают, но не придавала этому значения. Обратила внимание только на кошелёк – это ведь трудно не заметить. Теперь всё ясно: я лунатик».
Жанна была права, она ошиблась только в термине, указав народное название нарушению сна, которым она страдает. Его научное медицинское название «сомнамбулизм», оно входит в группу парасомний – особых состояний, возникающих в период засыпания, сна или ближайшее время перед пробуждением. Сомнамбулизм возникает в фазу медленного сна вследствие частичного расторможения структуры головного мозга: отделы нервной системы, ответственные за сознание, остаются «спящими», а центры, отвечающие за движение и координацию, начинают самостоятельную жизнь. Как правило, сомнамбулизм встречается в детстве и полностью исчезает к окончанию подросткового возраста, так как с возрастом продолжительность фазы глубокого медленного сокращается. Но есть случаи его возникновения и у взрослых при различных неврологических состояниях: истерическом, неврозе навязчивых состояний, болезни Паркинсона. А также при синдроме хронической усталости, длительном стрессе и постоянном недосыпании – именно эти три фактора привели Жанну к подобному расстройству сна.
Кстати, она вспомнила, что раньше страдала от так называемого «сонного паралича», или паралитической парасомнии, - состояния, возникающего в момент засыпания или пробуждения. При сонном параличе действует механизм, обратный сомнамбулизму: сознание человека просыпается, а центры, отвечающие за движение и координацию еще «спят». Отсюда возникает ощущение обездвиженности, паралич.
Цель лечения этих патологий одна: стабилизация эмоционального состояния. Но инструменты могут быть разные. Если для лечения сонного паралича бывает достаточно коррекции образа жизни (гигиена сна, релаксация, в крайнем случае – психотерапия для уменьшения тревожности), то для лечения сомнамбулизма (особенно при повторяющихся в течение длительного времени эпизодах, как в случае с Жанной), необходимо полноценное лечение с использованием медикаментов.
Лечение Жанне помогло. Кроме медикаментозных препаратов, она использовала гипнотерапию, а психотерапия продолжается и по сей день. Её состояние значительно улучшилось, она стала менее тревожной, научилась распределять своё время и находить время на отдых, общение с сыном и развлечения с друзьями. Она больше не чувствовала себя загнанной в угол, уставшей неудачницей, которая переносит свою вину на сына за то, что не справляется с этой жизнью.
_________________________________
Онлайн-консультации с опытным психотерапевтом в клинике Корсаков доступны каждому.