Начало
Часть 2.2
– Конечно пью, Владь! Я все делаю, как врач предписал! – в той же тональности отвечаю ему.
И тут Владик понимает, что перегнул палку, сбавляет обороты. Приближается ко мне, берет лицо в ладони заглядывает в слезящиеся глаза.
– Прости, Заюш. Прости, – целует поочередно веки с мокрыми ресницами, – я просто… Я ошарашен…
И конечно мое сердце оттаивает, когда муж нежно с осторожностью, начинает целовать мое лицо. Обнимаю его руками за талию. Прижимаю к нему.
– Я тоже боюсь, Владь. Я не знаю, что делать?
– Аборт, – без промедления слетает с губ Владика, я ошеломленная его словами приоткрываю глаза.
– Что?
– Аля, ну ты сама подумай, времени сколько прошло после той…, – Владик спотыкается недоговаривает, на последней фразе “замершей беременности на большом сроке”. Это была целая трагедия для нашей семьи.
У нас должен был родиться мальчик. Мы с Владей даже имя сынишке нашему выбрали. Кроватка… Распашонки…Пеленки… Все лежало в шкафу в пакетах – это все вещи остались от прошлых… беременностей.
Боже. От воспоминаний, по телу пробежались стайкой мурашки, вздыбливая волоски на коже.
– Владь, а если получится? Ты не хочешь дать ему шанса? – сдавленным голосом спрашиваю.
– Заюш. Девочка моя. Аля. Алечка. Ты о чем вообще? Конечно я хочу чтобы у нас родился малыш. Желаю даже, но и тобой я рисковать не хочу.
Муж резо опускается на колени. Обнимает меня за талию руками, прижимается щекой к плоскому животу.
– Владь, а я бы рискнула. Давай попробуем, – сглатываю сухость во рту. – Если не попробуем, как мы потом будем жить, Владь?
– Заюш, ты поддаешься какой-то очередной панике. У тебя совсем плоский животик. Там же ничего еще нет. Там просто эмбрион. У него даже сердце нет, Аль. И да, – Владик разъедините руки опускает их по швам. Встает. Нависает надо мной. – Я нормально буду, Аль. И ты нормально. Так я хотя бы ночами буду спать и не слышать во снах детский плач.
На глазах мужа заблестела влага:
– Аль, они же умирают, когда я уже чувствую их. А, Сева?! Он…, – муж закрывает глаза, вспоминая нашего нерожденного в последней беременности сына, – он же шевелился… Прости, Зай. Но я, я больше этого не хочу пережить. Давай ты подлечишься и мы попробуем? Тогда обязательно, уже на сто процентов у нас все получится.
– Нам так говорят каждый раз, – опустив голову, упираюсь глазами в пол. – И каждый раз итог один. Плачевный.
У меня сердце сжимается, превращается в комок.
Я не могу передать те чувства, что сейчас испытываю. Но это что-то близкое к полному опустошению. Настроение резко опускается на ноль.
Толкаю плечом Владика и делаю шаг в направлении выхода.
– Аль, ты обиделась?
– Нет.
– Алька, – Владик резко поворачивает меня к себе. – Послушай меня. Посмотри на меня, – встряхивает ощутимо, вынуждает поднять меня голову. – Я тебе клянусь, если с тобой что-то случится, я Костика в детский дом отдам. Ты меня поняла? Мне одному он не нужен…
– Дурак? Ты что говоришь? – взвилась тут же.Слова мужа будто хлесткая пощечина, отрезвила, привела в чувства. Дернулась, освобождаясь из его рук. – Ты Костю с самого рождения воспитываешь, как ты про него так можешь сказать. Он же тебе как родной.
– Но, не родной ведь. Да и он это как будто чувствует. Ведет себя со мной сомнительно настороженно.
– Замолчи, Влад. У тебя, что в голове творится? Что ребенок четырех лет может чувствовать? Может это ты стал что-то другое чувствовать по отношению к нам? – не уследив за языком, болтаю лишнее.
– Ах, да! Я совсем забыл! Что ты мне говорила по телефон? Связь совсем плохая была. Почти не слышал тебя. Ну, что молчишь. Отвечай.
Я теряюсь в смешанных чувствах. Меня распирает изнутри получить ответы на все роящиеся будто пчелы в улье вопросы. Но для человека который мог изменить и изменнику Владик ведет себя слишком уверенно и дерзко. Он будто ощетинившийся волк, кидает на меня дикий взгляд, того и гляди если что не то набросится, и покусает.
– Все что я хотела сказать в тот момент, я сказала, Владь. Ты ответил мне на вопросы и развеял сомнения, – скупо отвечаю чеканя каждое слово, которые эхом отзываются в голове. – Я. Я больше не хочу проваливаться в те мерзкие чувства, которые испытала.
– Ладно, Аль. Не заводись, – муж перехватив мою руку, дергает меня на себя.
Я крутанувшись на пятках поворачиваюсь к нему лицом. Щеки горят. Глаза на мокром месте.
– Владь, ты правда про Костю сказал? Если вдруг со мной что-то случится ты его бросишь?