Петровск Саратовский. Страницы «Детства».
… А ещё я любил Новый Год. С его подарками, с новогодними передачами по телевизору, с новогодними утренниками и новогодними каникулами.
Новый год для меня приходил с началом новогодних базаров (сейчас это так называется), а точнее с покупки ёлки. Только ёлка (покупали и сейчас покупаем сосну, но почему-то называем – ёлкой) появится во дворе, сразу вопрос: «Когда будем ставить?».
За неделю до праздника ёлка уже дома и мы её наряжаем. Игрушек было много. Особенно ценились старые. Здесь и зайчики, и лисички, и … все, все, все. В самом низу коробки – большой, тяжёлый орех. Он был из толстого стекла и его вешали на крепкую нитку.
А ещё часто вешали на ёлку мандарины и шоколадные конфеты. Вот уж когда ждали Новый Год с двойным интересом – ведь до праздника их снимать не разрешалось...
С приближением праздников было много необычного и интересного. Один раз родители купили хлопушки. Они были похожи на «огромные» шоколадные батончики в разноцветной обёртке. Показали, как нужно пользоваться. Одну даже «хлопнули». Мне, что-то было боязно…
- Да, ты под ёлочку целься, - учил меня отец, - не бойся.
Хлопушка крутилась в моих руках и всё никак не получалось у меня её «хлопнуть». Родителям надоело за мной наблюдать, и они пошли на кухню. В конце концов, я ухитрился «хлопнуть» свою хлопушку «под ёлочку». Под ёлкой была вата… и она загорелась.
У меня, наверное, отвисла челюсть. Огонь, как-то так хорошо, занялся и стал подбираться к нижним веткам ёлки.
Я влетел на кухню, со своей отвисшей челюстью, и не мог произнести что-либо членораздельное, только и получилось что-то типа «Ёлка горит».
- Да, да горит наша ёлочка, - услышал я в ответ.
Я не понял реакцию родителей, но повторил ещё раз: - «Горит ёлка!». Отец вскочил и побежал в зал. Ёлка уже до половины была в огне. Он, не раздумывая, завалил её на пол и накрыл фуфайкой. Слава богу, отделались мы тогда испугом и кучей разбитых игрушек....