Вот в восемнадцатый раз спускаюсь в девятнадцатый Век,
Есть у меня там один не слишком смурной человек,
Всё голосит новизной, если Бога всю жизнь искал,
Всё набухает пропасть - если в развитьи отстал.
Что там забыл, не слишком холостой гражданин -
Жажда понять естество и причины напрасных седин,
Миром гонимы творцы и искатели свойства любви,
Бились без Высших Основ , счастье потом не нашли.
Кто то сказал сгоряча, часто кивая на мир,
Будто поднимет народ духа величье и прыть,
Знанье Святых обретя - книжки читая навзрыд,
Станет народ приобщась тьятру , балету , в хоккей,
Станет светлей и добрее, несколько, даже , смелей.
Как декабрист лицеист выпишет строки стиха,
Харкая злобно на зло будет опорой в века.
Не проникая в Восток примет поместный канон,
Патриотично и должно сможет вести миллион.
Что то не склеилось вновь, хоть и давили своих,
Брали по горсти со дна, но растеряли живых,
Дном был амерский задел , сбор обнищалых душой,
Нас обучали клешнёй с мира грести позитив,
Было смешно и постыдно камеди пену срывали,
Матом детей обучали, чалили и расторчались.
На перехват Достоевскому , мыслителям чистого времени
Часто ныряю рисково, хлебом и местом рискуя -
Только бы сгладить кумиров, - нету в стяжаньях и искусах
Творческого приобщенья, если глубины духовные не поддались в слабом зрении,
Если Великие Правила доброй подвижничной власти-
Не обнажили ущербное в душах обычных и слабеньких.
Если на поиск Божественный не собирают писатели -
Сами слабее потерянных, служат падения Матери.
Нету Героя Великого , есть описатели слабостей,
На Просветлённых не ходим мы, восхищены обывателем.
