Своим «Бэтменом» Тим Бёртон объяснил, что нео-нуар в кинокомиксе — очень даже ничего. «Бэтмен» 1966 года в 1966 году и жил. А Бёртон поселил его по времени рождения, в 1930-е годы.
На ниве рубки бабла авторы кинокомиксов решили раскопать ещё парочку классических персонажей... Правда, в отличие от Бэтмена, в 1990-м ставшим холёной классикой, о которой только коллекционеры и помнят.
Персонаж Тень просуществовал с 1931 по 1949 годы. Потом его даже не возродили. Но за эти 18 лет были: фильмы, комиксы и радиосериалы.
В 1994 году решились на полнометражное, как ответ Бэтмену... в первую очередь.
Сюжет (вкратце): Наркобарон не без внушения становится хорошим парнем и переезжает в Нью-Йорк бороться со злом. В музей привозят тибетскую мумию из которой вылезает последний потомок Чингисхана* и начинает вершить зло.
В целом фильм полон мистики, атомной бомбы, созданной на коленке единственным учёным** и нео-нуаром.
Болдуин, конечно, в кинокомиксы угодил лишь раз, да и то, такое ощущение, что превращаясь в Тень, он становился обладателем горбатого носа. Такое ощущение, что Лиам Ниссон отказался от этой роли, а эскиз персонажа был очень даже свёрстан. Зато тупняк с тем, что вот маску снял и вообще никто не узнаёт тут обыгран мастерски. Да и дублёра в драке подделывать особо не пришлось. На крупных планах нос накладывают и глаза узнаёшь. Но только глаза...
Фильм наивен, и качество графики на 1994, конечно, нормальное. Сегодня такое и в пропагандистских мультфильмах религиозных фанатиков не делают. Но фильм довольно клиширован и особые повороты только в обаянии персонажей: друзей Тени, обязанных им жизнью.
В фильме хороши второстепенные персонажи: подруга главного героя, Пенелопа Энн Миллер и водитель — Питер Бойл. Тут проскакивает и Йен Маккелан, но уж он очень традиционен.
Так что попытка вышла неудачной. Хотя фильм весьма и весьма смотрибелен.
* Хан себе многое позволял и его потомком сегодня может считаться только неосведомлённый житель Монголии, Китая и прочих стран.
** Манхеттенский проект за 2 американских арбуза середины XX века — не, не пойдёт. Желание американцев показать, что один изобретатель может что-то изобрести, уже выходит за рамки здравого смысла.