В магазине на кассе расплачивался импозантный мужчина лет 75-ти. Старик… Не старик… Борода не стриженая. Старая шапка-ушанка на советский манер.
- Как говоришь тебя зовут? - продолжал он разговор с юношей-кассиром.
- Хусейн, - ответил тот.
- Ах, да, - сказал старик. - А ты помнишь, как закончил твой тёзка? Повесили его. Вот теперь живи за него… А в нашей семье первый ребёнок умер. А потом я родился и меня назвали, как его. И я живу за него. Спиридоном назвали. Живу вместо него…
Мне этот разговор был не интересен. Просто я стояла рядом. А они разговаривали громко. Зачем я это слушаю? Бред какой-то… Понятно, Старику скучно, дома видно не с кем поговорить, или никто не слушает его бредни. Вот он и веселится с кассиром. Бедные кассиры. И не пошлёшь же таких весельчаков.
- А это что за баночка? - продолжил развлекаться Старик, убирая в потрепанный кошелек 50-ти рублевку сдачи.
- Тушенка.
- Сколько стоит?
- 310 рублей.
- Не буду брать. Перебор. Если бы 300 – взял бы. А 310 – перебор, сказал и хитро посмотрел на меня.
- Точно перебор, - сказала я. В моем холодильнике уже год стояла такая банка. И я всё не находила повода её открыть. Купила, чтобы показать дочери макароны по-флотски. Но готовить было лень. И вот я с двойным чувством вины смотрела на эту банку, каждый раз открывая холодильник.
Оно и понятно. Первое чувство вины – нафига я её купила?! Теперь стоит, место занимает. А выбросить жалко, интересно, хорошая она внутри или фуфло? Второе чувство вины – совсем ленюсь готовить. Готовая еда из магазина теперь моё всё. Банка тушенки – как памятник чувству вины. Садо-мазо какое-то.
- Перебор.- продолжал Старик, пытаясь запихнуть вторую руку в висящий у него за спиной на одном плече рюкзак, в который он до этого успел сложить все покупки. Я поставила корзинку с апельсинами на стол у кассы и взялась помогать Старику победить его рюкзак.
Лямка рюкзака зацепилась за отворот рукава его видавшей виды дублёнки. Раз! Победа - на второе плечо рюкзак надет. Два! Дублёнку на плече поправила. Три – хотела поправить ему шарф. Стоп! Что это я? Как с ребёнком – с чужим мне стариком на кассе в магазине.
- Как тебя зовут? - спросил он меня.
- Наталья.
Сказал «спасибо» и вышел из магазина.
Расплата состоялась, апельсины у меня в сумке. Я тоже вышла из магазина.
На улице стоял Старик и с прищуром смотрел на меня. Я собиралась пройти мимо него и завернуть к себе во двор.
- А вы были в Одессе? Знаете, как говорят в Одессе «ша»? -- спросил он меня.
- Нет, не была, не знаю. Но знаю, что вы не одессит. Одесса говорите через «дэ», а одесситы говорят через «де».
- Я вам сейчас загадаю загадку про ваше имя.
И начал говорить стихами:
- Первый слог - предлог, второй - местоимение, третий ….
- Не смогу я отгадать вашу загадку.
- Так отгадка – ваше имя. Наташа!
Посмеялись. Разошлись.
Патрики. Вечер 25 декабря, католическое Рождество, день Святого Спиридона. Одинокий старик. Поболтал в магазине на кассе и со случайной прохожей. Кто он? Зачем он?
А я что? Я постаралась поскорее пройти мимо. Хотя вечер был чудесный. В меру прохладно, снег убрали, вокруг всё переливалось новогодними огоньками. И я была не против поболтать со случайным прохожим, с этим импозантным стариком, который разговаривал стихами и загадками и для которого 310 рублей за тушёнку – перебор…
Но, блин, почему он не сказал: «Наталья – вы прекрасны». Зачем загадки и стихи? Разве так знакомятся с девушками?! Наверное, и в молодости он не с того начинал знакомства.
Одинокий старик вечером на Патриках.
А вдруг его кто-то сегодня обидит? Вдруг не захотят с ним поболтать?
А вдруг этот кто-то – это я, и я уже его обидела? Ну вот, блин.
Интересно. А если представить, что этот импозантный старик – итальянец? И дело происходит в Портофино на Лигурийском побережье. В Рождество. Святой Спиридон. Наверное, одинокий импозантный старик-итальянец в Портофино мне был бы больше интересен?
Или нет… Я же итальянского не знаю. Да. Надо учить итальянский. И английский тоже надо бы.
Вместо видавшей виды дубленки ему бы надеть красный пуховик. Был бы тоже похож на итальянца.
Итальянское Рождество, Москва, Патрики. Ох уж эти Патрики!