Эта фраза, однажды произнесённая Великим комбинатором Остапом Бендером в адрес одной понравившейся ему очаровательной девушки, дабы завязать с ней знакомство, стала с годами крылатой и мужчины моего поколения на определённых этапах своей жизни довольно часто ею пользовались, лишь слегка изменяя год. Заклинание действовало безотказно, ну или почти так.
Однако шли годы и актуальность фразы стала несколько теряться среди суеты современных отношений. И теперь редкий молодой человек, обратив внимание на незнакомую ему особу, с придыханием произнесёт:
— Девушка, а я вас уже встречал. Определённо. Вам случайно не знакомы такие имена, как Николас Элиас Пикеной или Паулюс Морелсе? Нет? Странно! А мне показалось, что вы должны их очень хорошо знать, мало того, они оставили после себя ваши портреты. Не верите? Тогда давайте вместе посмотрим на них, узнаем, прав я или нет, но для этого нам следует посетить два города, вначале Санкт-Петербург, а затем – Париж.
Довольно странный метод знакомства, скажут многие и будут правы, но попробуем всё-таки разобраться, при чём здесь вышеперечисленные господа, что пишут женские портреты, а также какую роль играет во всём этом Париж и Питер. И начнём мы издалека, в прямом и переносном смысле.
Время действия: Конец XVI – середина XVII веков.
Место действия: Нидерланды или Голландия, кому как нравится.
Персонажи:
Художники:
Николас Элиас Пикеной (1588 или 90/91 — 1654/56) – типичный фламандский живописец эпохи Золотого века Голландии, рассвета торговли, науки, искусств, создавал преимущественно портреты знати, а также картины по библейским сюжетам.
Паулюс Морелсе (1571 – 1638) – нидерландский художник и архитектор той же эпохи, мастер портрета, в основном зажиточных горожан и аристократов, был членом Городского совета Утрехта.
Дамы (одна):
Молодая женщина (1600 — ?) – Дата смерти неизвестна, как и имя. Видимо, из аристократической голландской семьи.
У меня возникло предположение, что оба художника в разные промежутки времени создавали портреты одной и той же особы. Откуда такая уверенность? Попробую объяснить.
Оба мастера наверняка знали друг друга, жили в одно время, в одной стране, к тому же у них имелся общий учитель — Корнелиус ван дер Ворт, известный голландский художник.
А теперь о портретах, у Паулюса Морелсе – это «Молодая женщина с жемчужной цепью». Полотно хранится в Санкт-Петербурге в Государственном Эрмитаже. Точная дата создания произведения – не установлена.
Следующий – это портрет «Женщины 34 лет». Именно так называется картина. Автор – Николас Пикеной. Известна дата создания – 1634 год. Портрет находится в Париже, в музее Лувр.
Глядя на два этих произведения, нетрудно заметить, что изображённые на них женщины, – это одно лицо, с разницей лишь во времени, на полотне из Эрмитажа незнакомка моложе, ей явно меньше 34 лет, а на картине из Лувра она именно в том возрасте.
Имеются отличия и в одежде. Молодая, как и положено её возрасту и, вероятно, ещё недостаточно высокому общественному положению, предстаёт перед нами в скромном обличье, если только массивную жемчужную цепь, что обвивает её шею, да брабантские тончайшие кружева на чёрном бархатном платье можно такими назвать.
И совсем в другом, богатейшем одеянии, мы наблюдаем ту же особу, но в возрасте уже 34 лет, достигшую самого верха жизненного благосостояния. К «обычным» брабантским кружевам добавились брыжи – гофрированный кружевной воротник, труд не одной мастерицы, а по стоимости равный хорошей дойной корове, а то и двух.
Также видим всевозможные золотые украшения – браслеты, цепи и кольца. Выделяются роскошью и перчатки, дама не зря их держит в руках, мол, пусть все видят и восхищаются.
Да и портрет, в отличие от предыдущего, что в Эрмитаже, где виден лишь безрукий бюст, выполнен художником в полный рост, ну или почти так. Видимо, платье, скрывающее всю фигуру, особенной ценности на фоне перечисленных выше сокровищ не представляет, так сотня-другая золотых монет и только, впрочем, могу ошибаться.
Из чего следует, что дама не зря к 34 годам прожила жизнь, материальный прогресс налицо. Однако физическое лицо, то есть лик, претерпели изменения. И далеко не в лучшую сторону. Женщина явно состарилась, что заметно не вооружённым глазом, достаточно вначале посетить Эрмитаж, а затем заглянуть в Лувр, предварительно перелетев в Париж.
Ах, Париж, Париж… Монмартр, Елисейские поля…
«Aux Champs-Élysées
Aux Champs-Élysées
Au soleil, sous la pluie…»
«На Елисейских Полях,
на Елисейских Полях
На солнце, под дождем и так далее» — пел когда-то своим лирико-драматическим баритоном, сводя с ума всех женщин мира, несравненный Джо Дассен. Ах, как давно это было. Помню, как в то Индейское лето:
«On ira où tu voudras,
Quand tu voudras
Et on s`aimera encore,
lorsque l`amour sera mort
Toute la vie sera pareille à ce matin
Aux couleurs de l`été indien…» — Мы пойдём, куда ты захочешь, когда ты захочешь… В общем, песня о любви, если кратко. Однако это уже совершенно другая история…
Санкт-Петербург — Париж
(фото автора)