Правильно говорят, что в экстремальных ситуациях люди превращаются в людей. Например, в периоды сильного голода человек полностью перестает цепляться за материальные блага, которые не позволяют ему питаться начальной школой. Да, это как-то звучит пресно и, возможно, не совсем очевидно, но в блокадном Ленинграде, например, рядовой житель готов был отдать за хлеб то, что он стоил. А потом появились спекулянты, которые этим воспользовались!
Спекуляция в Ленинграде
Формально блокада началась 8 сентября 1941 года, но продовольственный вопрос возник раньше. Так, продовольственные карточки, введенные в середине июля, четко указывали на то, что некоторые продукты были в дефиците. Однако даже в начале сентября говорить о голоде было еще рано. Настоящая беда случилась в начале октября - продовольствие начало снижаться. К середине марта были зафиксированы первые случаи голодных отключений и смертей от истощения. В этот момент стало ясно - продовольственная проблема гораздо глубже, чем раньше, и пора бить тревогу.
Но, как мы знаем, страстное желание извлечь выгоду из нашей земли сопряжено с трудностями. Мы говорим о спекулянтах, которые имеют доступ к продуктовой карточке или к самим продуктам питания, что является очень важным аспектом пищевой промышленности.
- Различные воры ;
- Работники складов, продуктовых магазинов и магазинов.
- Коррупция всех мастей, сидящая во власти, то есть, по сути, напрямую связанная с распределением и видом деятельности.
- Если они сами встречаются, значит, сами голодают, и, что незаметно, еда у них не кончалась в течение всех 872 дней блокады.
«Хлебные услуги»
Вернемся к коррумпированным чиновникам, откровенным спекулянтам и ворам. Теперь поговорим о простых гражданах, которые, в общем-то, имели материальную и физическую возможность служить населению блокадного Ленинграда. Вроде да, блокада, война, голод, но жизнь не остановилась совсем, регулярно люди перечисляют какую-то мелочь (в случае с блокадным Ленинградом это звучит дико, но это правда), перечисляют что-то куда-то, чтобы похоронить близкого человека (к сожалению, в этих условиях это нормально). .
Изгнанные вряд ли могли решить эти проблемы, поэтому те, кто был "силен" в гражданском служении, кто имел силу для работы, иногда тяжелой, и кто был готов помочь ближнему, добивались вознаграждения.
- Деньги (они не говорят, что в осажденных городах не было цен, но там вращались миллионы).
- Драгоценные изделия, предметы искусства, мебель, огонь, книги и все, что только возможно.
- Хлеб (ну, или любая другая еда, если она есть).
И не надо говорить, что такие "хлебопашцы" сидели без дела и регулярно привлекались к разного рода работам. Это хорошо, потому что это означает, что "кормилец" ушел. Ну да, кто-то ушел, но пришли другие - правильный хлеб помог для труда.
Жестокая спекуляция
Если человеку нужен хлеб для работы, и если это что-то совсем другое, то это одно, а если это что-то другое, то это другое. Так, в блокадном Ленинграде были золотые позолоты с бриллиантами и другими драгоценностями. И они изменили все это великолепие... Для хлеба, и то не сказать, чтобы по очень выгодному курсу. Если это было легко, то, следовательно, курса не было вообще, а стоимость еды и "драгоценностей" постоянно менялась во время блокады (в зависимости от отсутствия еды).
Например, зимой 1941-42 годов, то есть в самый трудный период, несколько тяжелых золотых колец можно было обменять на черном рынке в Ленинграде на два-три килограмма хлеба, а то и меньше. И это считалось очень выгодной торговлей. Потому что без золота блокада жила бы спокойно, а без еды она просто умерла бы от голода. По такому же принципу спекулянтов обменивали на продукты питания. Кстати, его часто воровали и получали по украденным или поддельным продовольственным карточкам.
- Старинные предметы, в том числе древнерусские иконы, редкие и ценные.
- Хорошая дорогая одежда, иногда даже теплая (особенно ценная, страдавшая не от голода, а от холода).
- Необычные коллекции (монеты, карты и т.д.).
'Я пошел на сытный рынок, где был блошиный рынок. Я брала платья. Я обменял синюю крепецину на килограмм хлеба. Все было плохо, но на серое платье я обменяла 200 граммов дюранда на килограмм. По воспоминаниям жены Дмитрия Сергеевича Лихачева, было лучше".
Но возникает вопрос: зачем спекулянтам все это было нужно в условиях блокады? Дело в том, что эти люди вели себя средне по отношению к своим соотечественникам, но их никогда нельзя было назвать дураками. Они прекрасно понимали, что рано или поздно война закончится, и те благословения, которые они смогли присвоить в трудные годы, очень пригодятся в будущем.
Действительно, после войны многие из них не смогли воспользоваться своим богатством - таких людей сажали на свободе, а добро отбирали. Более того, даже в военные годы спекулянты часто подвергали жителей Ленинграда, иногда до смерти. Оправдано ли это? Да - наживаться на проблемах своей страны и сограждан не представляется достойным!