Современные дети, отправляющие перед Новым годом свои письма Деду Морозу в Великий Устюг, а также их мамы и папы, и даже бабушки и дедушки, как правило, думают, что и новогодняя елка, и Дед Мороз с подарками были в России всегда.
Между тем этот персонаж (точнее - почти этот) появился всего 160 лет назад - во впервые опубликованной и слегка дидактической сказке Владимира Одоевского "Мороз Иванович". Ее главный герой - это литературный вариант фольклорного Мороза или Морозко: "седой-седой старик", который живет в ледяном доме, спит на снежной перине, а если тряхнет головой, то "иней сыплется". Мороз Иванович заботится о природе (покрывает снегом озимые всходы) и о людях (стучит им в окошки, чтоб "не забывали печей топить да трубы вовремя закрывать").
Он явно добрее описанного Некрасовым деревенского Мороза, сурового, а случается, и жестокого. Дед Мороз Одоевского к людям хоть и строг, но справедлив, а детям раздает подарки, правда, только за добрые дела.
Возможно, Мороз Иванович так и остался бы всего лишь героем одной из сказок, но как раз в эти же самые годы в русской столице появилась мода на рождественские елки - мода, пришедшая с Запада и существовавшая прежде лишь у петербургских немцев. Закрепившись в Петербурге, она распространилась и в провинции, в помещичьих усадьбах, и не только в состоятельных, но и в небогатых семьях.
А с 1860-х годов в обычай стали входить и общественные "елочные мероприятия" - рождественские балы с елкой, на которых потребовался этакий их хозяин - Дед Мороз, объединивший в себе русского Мороза Ивановича с западноевропейским Санта-Клаусом. Старик и елка стали непременным атрибутом зимнего праздника.
Автор Екатерина Душечкина