В ноябре 1999 года группа российского моряка была спрятана недалеко от деревни Ахмат-Юрт в Чечене. Фотограф Юрий Козирев был там и рассказывает, как это было
Перед официальным объявлением этой кампании я начал снимать еще одну Чечнюю войну. А в октябре 1999 года они начали бомбить. Затем я переехал из Веси в Моздок - это был идеальный пограничный город, а затем уже было очень четкое действие, оно уже стало линией фронта. Важная идея, что война рождается.
Я сделал бесплатные съемки, я не представляю никакой версии, и это всегда сложнее. Для меня также было очень важно быть в разных полюсах на разных фронтах. В этом контексте он рассчитывается каждый день. Если вы заметите, что атака и что вы обнаружите, что вас нет, это будет мешать каждому журналисту. Что вы не в нужном месте.
Но мне невероятно повезло - я представил специалиста в русской армии для моряков и экспертов. И даже если это была довольно большая ответственность, он взял меня с собой.
В 2019 году мы прибыли на основе рынка возле Centralum, его название было изменено для Akhmat, что касается деревни Республики Чечня. Центр TD является относительно важным местом, страной происхождения Кадира. И там сто человек жили на нефтяной базе.Мы пролетели в конце ноября: начало военной операции не среди армии, а группы в движении. Облачно, грязный. Чечня грязь особенная, сохраняется и всегда мокрый. Вы приходите, и вы сами социально, когда вам еще холодно, упасть, ходить и убеждать. Но они приветствовали нас.
Я начал просить вас победить с вами, когда была операция. Некоторые люди были на фасаде на централизованной линии на практике - бронированные машины должны были ходить около двух часов. И они действительно сражались там. Я понял, что уже подошел к истории, которую хотел сделать.
захватитьЗатем, один день ранее утра, мы уехали на пять часов. Спрей -туман, в целом было одеяло: я не мог видеть расширение руки издалека. Было два бронетехники - у первых было три воина, мы были с поставщиком, а второй - три человека в бронированном автомобиле. Люди, сидящие здесь на броне, немедленно сказали - это нелегко, вы должны ходить в центре. И через час, когда мы уже путешествовали, они бомбили его.
Прежде всего, слева была боль. Один умер, три получили ранения. И затем задача состояла в том, чтобы вытащить раненую броню со безопасной стороны огня на другой стороне.
Затем палец начался с другой стороны, так что он загорается. И это было невероятно страшно: ощущение, что все, трубопровод, мы все утонули в этой грязи.
Первой задачей было «Рев», кстати, скрыть. Мы были в почти открытой площадке, единственное, что мы можем спрятать, была наша броня. А потом камера вернулась на работу. Вы всегда начинаете стрелять, потому что это достаточно естественно для вас. Это означает, что ваша цель находится в той же грязи, в грязи, как и все остальные, вы пытаетесь очистить цель, снять и удалять столько, сколько можете.
Почему тогда? Я видел, что это было очень трудно сделать с армией. Что -то правдивое. Это очень редкая часть - половина - с очень серьезными потерями, когда вы находитесь в правильной войне. Один умер, три раненых - это было серьезно для района. Но одной стороне даже не нужно было прятаться, они пошли в место, где палец пришел, чтобы напасть на тех, кто начал стрелять. Моя попытка уйти была очень сложной, они сказали: «Сидеть здесь».
Эти ребята - настоящие воины, профессиональная армия - и правда, что я с ними, великолепна. Я думаю, что мы не можем выжить иначе. Их реакция на прогрессирование была немедленно и четко направлена, разделена и работает хорошо.
ФильмХорошая подходящая война длится всего пять минут и является интенсивностью страха. А потом вы понимаете пять минут, и когда все пойдет, вы чувствуете, что погода остановится. Смерть была очень близка, так что вы понимаете - каждый раз, когда вы можете сделать это здесь - вот и все, вы умрете сейчас.
Мне все было легко. Камера и объектив. Все соответствует вашему рюкзаку. Когда все началось, он сделал то, что должен был сделать, помог и уволил. Я сделал там два фильма, даже меньше, чем половина.
Есть вещи, которые армия не хочет бить: например, они не хотят, чтобы мы видели их слабость. Но эти моряки не были слабыми