В 10 классе в нашу школу пришел новенький. Мальчика звали Сережа. Его определили в параллельный класс и девочки-одноклассницы дружно в него влюбились. Сережа был высок, красив и шел на золотую медаль.
А еще у Сережи была необыкновенная курточка и портфель, и ручки, и многое другое. Папа Сережи был офицером и несколько лет служил в ГДР. Там же жили и Сережа с мамой. Из ГДР он и привез все эти сокровища.
Между тем никому не удалось не только подружиться с новеньким, но даже просто поговорить. Первого сентября Сережа пришел в класс раньше всех и занял место за первым столом, стоящим вплотную к учительскому. Других желающих сесть за этот стол не нашлось и Сережа сидел один.
Как только начинался урок, он открывал красивую тетрадку, брал в руки красивую ручку и начинал конспектировать все, что сказал учитель. Ничего особенного учителя не говорили. Большинство добросовестно пересказывали учебник, но Сережа записывал все равно. И учителям это нравилось.
Ни с кем в школе мальчик не общался и вскоре девичьи страсти вокруг новенького утихли. А однажды и вовсе сошли на нет. После того, как на перемене после контрольной Сережа подошел к учительнице географии и сказал, что Иванов списывал. Не сказал, правда, а тихонечко шепнул на ухо. Но Маша Семенова услышала и всем рассказала. А ответ учительницы слышали все:"Я этого не видела. А ты запомни- доносчику первый кнут". После этого с Сережей общаться уже не пытались и симпатии к нему никто не испытывал. Мне же запомнился случай с макулатурой.
Школьники сдавали макулатуру. Кто-то нес из дома. Кто-то ходил по квартирам и спрашивал:"А у вас нет ненужной бумаги? Может, быть есть старые ненужные газеты или журналы?". И многие отдавали. Некоторым ученикам отдавали бумагу родители. То, что на работе уже не нужно. Принес макулатуру и Сережа с папой. Среди старых газет и журналов их "макулатура" выглядела, как богатые американцы в негритянском гетто. Они принесли в сетках собрание сочинений Сталина. Тома были в нарядных кожаных переплетах с золотым тиснением, на вид совершенно новые. Возможно, даже с неразрезанными страничками. И вот это поразило. Человек купил это великолепное издание, когда это было ему выгодно, а теперь легко избавляется от него. Наверно, теперь на его полках стоит собрание сочинений Брежнева. Но и его выкинут, когда придет время. Было в этом что-то подленькое, продажное. Но они спокойно выложили книги и ушли.
Сережа получил золотую медаль, хоть и не совсем честно, и уехал в Москву. Что с ним стало, я не знаю. Но очень бы не хотела, чтобы у такого человека была власть, даже небольшая.