"Известно, что каждый четвёртый шофёр на ледовой Дороге Жизни утонул. С нашим отцом был такой случай: шла колонна и вдруг он неожиданно увидел, как вся её голова уходит под воду. Тогда он остановил машину прямо на краю полыньи и уцелел."
(из рассказа дочери священника Бориса Тихонравова)
Борис Аполлинарьевич Тихонравов из потомственной семьи духовенства. Родом он из-под Мурома, Владимирской области — из большого села Папулино. Как сын священника имел социальный статус «лишенец»: то есть, он не имел права участвовать в выборах и служить в Красной Армии. Да и другие лишения сопутствовали.
В 17 лет Борис приехал в Ленинград к родному старшему брату Николаю и устроился разнорабочим.
Конституция 1936 года отменила социальное неравенство, поэтому 25 сентября 1936 года его призвали на службу в армию. Там он получил профессию шофёра, и всю войну он прослужил водителем, в том числе на ледовой Дороге Жизни.
9 мая 1940 года Борис Аполлинарьевич был призван в кадровую армию и до ноября 1941 года служил шофёром в 1-м танковом полку, а после — с ноября 1941 года, когда встал лёд на Ладоге, до апреля 1942 года, когда ещё не растаял - работал шофёром 11-го отдельного автобатальона.
В этот период Борис Аполлинарьевич служил на знаменитой «полуторке» —эвакуировал людей из блокадного Ленинграда по льду Ладожского озера в деревню Кобона, а обратно в осаждённый город возил продукты.
В семье Тихонравовых сохранилось удостоверение шофёра 2-го класса, выданное Борису Аполлинарьевичу Тихонравову в 1942 году с правом управления автомобилями всех типов — легковых и грузовых.
Однажды автоколонна была остановлена на льду Ладожского озера. Остановка была на неопределённое время, мороз страшный, и без костра шофёры могли замёрзнуть насмерть. Они собрались в кучку. Стали разжигать костёр, а спичек было три. Сначала один из шофёров попробовал разжечь — спичка потухла, второй — то же самое. И осталась одна последняя спичка. Её взял Борис Аполлинарьевич, товарищи накрыли его ватниками, образовали над ним шалаш. И он говорил, что внутри этого шалаша так молился — изо всех сил! И смог разжечь костёр этой последней спичкой, и все его товарищи выжили!
"Мама Бориса Аполлинарьевича, Александра Андреевна, провожая сына, дала ему бумажную иконку Николая Чудотворца. Наш отец зашил её в полу шинели и всю войну этот образок был с ним. Эта икона до сих пор цела, она висит у нас дома.
Друг Бориса Аполлинарьевича, отец Михаил Гундяев (отец Патриарха Кирилла) говорил про эту икону: «Отец Борис, эта икона у Вас чудотворная». Потому что за всю войну Борис Аполлинарьевич перенёс только одно тяжёлое ранение в руку
в 1941 году." (из рассказа дочери Зои Борисовны Тихонравовой)
В военном билете Бориса Леонидовича написано, что он служил в 11-м отдельном автобатальоне, 509-м истрибительном противотанковом полку, в 109-м отдельном автобатальоне и в 59-м автополку — в составе этого полка он вошёл в Берлин.
Борис Аполлинарьевич награждён тремя медалями: «За оборону Ленинграда» в декабре 1942 года, «За взятие Берлина» в июне 1945 года и «За победу над Германией» 9 мая 1945 года.
Он был демобилизован 29 сентября 1945 года. После войны вернулся в Ленинград, и остальная его жизнь была посвящена службе Богу в сане священника.
В 1946 году открылась Ленинградская духовная семинария, а в 1947 году Борис Аполлинарьевич уже был священником. Служил отец Борис сначала в Церкви Смоленской иконы Божьей Матери на Смоленском кладбище, потом в Троицкой церкви во Всеволжске, некоторое время в Лесном, и последние 22 года своей жизни протоиерей Борис Тихонравов был священником Церкви Серафима Саровского на Мемориальном Серафимовском кладбище.