- Никакой личной жизни... - Жаловалась Таня бездомному коту. - Ни-ка-кой! У всех есть, а у меня – нет... Ты не представляешь, как мне это обидно. У страшненькой Лариски из соседнего отдела есть, даже у Зои Михайловны, а ей, между прочим, за 50 – тоже есть. А я, как проклятая, только работа-дом. А так хочется чего-нибудь личного... Кот слушал, сочувствовал, вздыхал. Полез утешать. Вот зря говорят, что мужчины утешать не умеют, теряются перед расстроенной женщиной, пугаются слёз. Ничего подобного! Это они кокетничают и так говорят, чтоб их коварство не поняли, не распознали. Ведь тут что надо делать? Всего лишь понимающе сопеть, кивать. Соглашаться, что все вокруг сплошные кикиморы, а ты и только ты, исключительно ты – самое настоящее солнышко! Вот и всё – он герой! И не надобно побеждать драконов... Кот побыл в шкуре героя недолго. Отбрыкиваясь от утешающего кота, Таня поймала себя на мысли, что именно его ей для полного счастья и не хватало! Засунула под пуховое пальто и потащила дом