Объявленный Западом бойкот на покупку российской нефти оказал влияние на ее стоимость, пишет The Economist. Однако дефицит предложения на мировом рынке и снятие ковидных ограничений в Китае ускорит процесс роста цен на топливо уже в ближайшее время.
Нефтяные цены опустились. Но они вряд ли останутся на этом уровне
Запад с февраля пытается урезать российские доходы от экспорта нефти, не вызывая при этом скачка мировых цен. На данный момент похоже, что обе цели будут достигнуты. Россия экспортирует столько же нефти, сколько до начала военной операции на Украине, но марка Urals, являющаяся для нее основной, на 37% дешевле марки Brent, которую называют мировым эталоном. Это значит, что Москва может заключать только невыгодные сделки. Между тем, Brent упала до самой низкой отметки за год и стоит около 80 долларов за баррель. Это значит, что угроза энергетического кризиса ослабла.
Но все это происходит отнюдь не благодаря усилиям Запада. 14 и 15 декабря центробанки в Америке, Британии и ЕС объявили о повышении процентных ставок и намекнули, что будут новые подъемы. Это ослабляет спрос в экономике. Китай, страдающий от роста заболеваемости COVID-19, показал худшие за шесть месяцев результаты в производственном и розничном секторе. Члены Организации стран – экспортеров нефти и их союзники добывают почти столько же, сколько до введения ограничений на добычу, о которых было объявлено в октябре, так как большинство просто не выбирает свои квоты.
Объявленный Западом бойкот марке Urals, на долю которой приходится 10-15% от общемирового предложения, наверное, помогает немного сбить цены, потому что этот сорт ослабляет и другие. Предотвратить кризис предложения помогает и освобождение от запрета страховать танкеры, перевозящие российскую нефть, если покупатель согласен платить не больше 60 долларов за баррель. Но ни первая, ни вторая мера не оказали особого воздействия. Если экономические или рыночные условия изменятся, цены могут подскочить.
Более того, финансовые спекулянты сегодня больше, чем обычно причастны к понижению цен. Это предвещает внезапную корректировку в сторону повышения, когда снова начнут действовать основополагающие факторы спроса и предложения. Один отраслевой источник указывает на крупные заявки на продажу, размещаемые в последнее время ежедневно в два часа лондонского времени. События, которые по идее должны подтолкнуть цены вверх, скажем, закрытие 9 декабря одного из крупнейших в мире трубопровода "Кистоун" в Америке, остаются практически незамеченными, говорит Саад Рахим (Saad Rahim) из трейдинговой фирмы Trafigura.
К началу второго квартала 2023 года может возникнуть очередной дефицит нефти. Промышленные потребители в Европе переходят с газа на более дешевое дизельное топливо. Потребление в Индии и на Ближнем Востоке оказалось более стойким, чем ожидалось. Снятие ограничений в Китае наверняка повлечет за собой экономическое восстановление, когда заболеваемость пойдет на спад.
Уже появились первые признаки, что европейский запрет на страховку станет более деструктивным, чем ожидалось. По прогнозам Международного энергетического агентства, Россия ко второму кварталу будет вынуждена сократить добычу на 1,6–9,6 миллиона баррелей в день. Отгрузки менее популярной российской марки ESPO, которая в последнее время торгуется на уровне 60 долларов, как и Urals, с 5 декабря упали почти наполовину. Именно в этот день начали действовать ценовые ограничения. Если из-за увеличения спроса цена марки Urals превысит 60 долларов, судовладельцы задумаются, стоит ли заниматься ее перевозкой.
Россия пригрозила прекратить поставки в страны, которые будут соблюдать ценовые ограничения, а рост в других регионах прогнозируется весьма неустойчивый. Дефицит предложения на мировом рынке негативно отразится на и без того незначительных мировых запасах, которые остаются на самом низком за пять лет уровне. Из-за этого цены будут расти еще больше. Все это означает, что настоящее испытание для западной тактики нефтяной войны может начаться в будущем году.