На ВДНХ они поели горячих блинов с икрой, ливером и яблоками, выпили по стаканчику глинтвейна. Федерико из солидарности с тестем тоже пил безалкогольный. Покатались на коньках и нафотографировались под всеми ёлками, какие были на территории парка.
На Красную площадь Рико пошел в... пуховике. Русский мороз легко пробрался под пижонскую дубленку и тонкий свитер итальянского графа. Так что греясь очередным стаканом глинтвейна он, слегка смущаясь, попросил достать из багажника «русский ватник». С удивлением пощупал теплую и легкую куртку, а потом нашел этикетку с надписью «Сделано в Финляндии».
Гирлянды, ещё один каток и ГУМ не произвели на Федерико особого впечатления, а вот собор Василия Блаженного и стены Кремля вызвали поток восхищенных восклицаний:
— Bravo!Santo cielo! Mamma mia!
Из Москвы выехали ближе к вечеру. Короткая дорога в деревню прадеда лежала чуть в стороне от Тулы , так что самовары и пряники новому родственнику решили показать на обратном пути. Ника ехала с мужем на заднем сиденье. Положив голову ему на плечо, она смотрела на любимый профиль. Федерико был непривычно молчалив.
— Устал?
— Нет, моя звездочка. Просто думаю, хорошо, что я тебя встретил. Ты даже представить не можешь, как мне повезло.
— Мне тоже, — Ника теснее прижалась к мужу. Он обнял её и крепко прижал к себе.
— Надеюсь, что именно так. Но надо признаться, что мне — больше.
— Как тебе холодная Россия?
— Ну, не такая уж она и холодная. Блины были горячими, чуть руки не обжег. Мой сосед... я тебе про него говорил, помнишь? Он очень тосковал по Москве и бесконечно её вспоминал. Было странно побывать в городе детства другого человека. Красная площадь такая, как он описывал.
В машине тихо играла магнитола, Иван Владимирович шепотом подпевал старому шлягеру и дорога стелилась под колесами ровной белой лентой. Темный лес сменялся заснеженными полями, потом снова, словно из ниоткуда, возникали темные, голые деревья. В какой-то момент всем стало казаться, что кроме Москвы и далекой Генуи на планете нет и не было никаких населенных пунктов. Федерико уже почти впал в меланхолию, как на очередном повороте засветилась цепочка фонарей и показался первый забор.
Деревня, где после выхода на пенсию поселился Юрий Петрович, была большой. Его дом стоял на самом краю, в двух шагах от леса, так что ехать пришлось через все Верхние Жмыхи. Они немного поплутали по извилистым улочкам. В окна выглядывали любопытные сельчане, а дворовые собаки своим лаем передавали эстафету, предупреждая всех, что едут чужие.
Дом деда из некрашеного дерева, старый, но всё ещё прочный, добротный, с белыми кружевными наличниками, был виден издалека. Из-за высокого забора высилась мансарда и можно было разглядеть узорчатые окна веранды. Снег перед воротами недавно расчистили, видимо, в ожидании гостей. Иван Владимирович посигналил и над крыльцом зажегся свет. Ворота открыл крепкий высокий старик и машина вкатилась во двор. Встречу родственников нельзя было назвать теплой, неловкая пауза грозила затянуться, но тут Федерико взял ситуацию в свои руки.
— Буона сера! Вечер добрый. Давайте знакомиться, граф Коллальто, родные зовут меня Рико — и он протянул Юрию Петровичу ладонь. Тот ответил рукопожатием и тут все ожили и засуетились. В дом понесли сумки с продуктами, гирлянды и подарки.
— Оля, вы с Иваном на втором этаже, Нику с графом отправим в мансарду, они молодые, по лестнице десять раз пробегут, не заметят. Я буду в своей комнате, на первом этаже, направо от кухни. Ванна с туалетом — налево. Праздновать будем в зале, я все подготовил.
Ника распахнула двери в «залу» и обомлела — в центре стояла настоящая ёлка под потолок. Зеленая красавица уже отогрелась и запах хвои медленно плыл по комнате.
— У нас не будет столько игрушек. Но можно сделать, как в детстве. Склеить бумажные гирлянды и развесить конфеты, — Ника повернулась к маме, её глаза светились от восторга.
— Игрушки есть, на чердаке. Ваня покажет где, он у нас тот ещё пострел. Везде поспел, где надо, и где... — и дед многозначительно замолчал.
Отец сдержался, но было видно, что фраза ему не понравилась. Ольга Викторовна притворилась, что не услышала намека и занялась готовкой. Ужинать решили в зале, там стоял огромный старинный стол и такой же буфет красного дерева. Пока старшее поколение обсуждало меню для новогоднего стола, молодежь отправили за ёлочными украшениями.
С чердака Ника спустилась через полчаса. Там, под крышей, была уйма интереснейших вещей — детские игрушки, принадлежавшие отцу Ивана Владимировича, подшивки старых газет, телевизор середины прошлого века и швейная машинка, как из музея. Три коробки елочных игрушек были подписаны химическим карандашом и стояли в древнем шифоньере. Пожалуй, они были постарше мебели, в которой хранились, минимум на четверть века.
Продолжение следует, нетерпеливые могут перейти по ссылке и прочитать весь рассказ целиком, он бесплатный.
Понравилось произведение? Сохраняйте себе, ставьте "👍", подписывайтесь на канал - здесь можно душевно поболтать обо всем на свете.
P.S. Часть 1 тут, часть 3 вот тут, часть 4 здесь, а вот тут финал.