Начало тут:
Как я не снялся в кино часть первая
Как я не снялся в кино часть вторая
Как я не снялся в кино часть третья
Как я не снялся в кино часть четвёртая
Вскоре в автобусе осталось два человека, которые не побывали в фургончике костюмеров. Это был я и мой сосед. Нас оставили под конец, как самых крупных. Оказавшись на улице, перед дверями фургона, мы выяснили, что я всё-таки был повыше, а он потолще. Что хуже, в двух словах объяснила костюмерша блондинка. Проходя мимо нас внутрь своего царства на колёсах, она обратилась ко мне словами: - А вот на Вас, молодой человек, у меня ничего нет.
Звучало не оптимистично. Но отступать было некуда, только практика могла показать, смогу я на себя надеть костюм столетней давности, или только его отдельные части. И вот, наконец, пришла и наша с мужчиной очередь подняться в примерочную на колёсах.
Блондинка занялась мужчиной. А мной брюнетка. Для начала надо было раздеться. Снять брюки, обувь, рубашку, если такая была. Я был в футболке. До снятия брюк в моём случае дело не дошло. Ботинок сорок шестого размера в фургончике не было.
- Понимаете, - ломая пальцы, объяснила мне ситуацию брюнетка, - вот если бы мы сейчас находились в павильоне Ленфильма, то мы бы Вас легко одели. Там у нас есть всё. А сюда мы взяли только самые ходовые вещи.
- Я, когда записывался, указал все свои параметры, - отвечал я, смотря в честные глаза костюмерши, - что мой рост сто девяносто четыре сантиметра, а размер ноги сорок шестой.
- Для студии это не имело никакого значения, - горестно констатировала брюнетка, - а когда съёмку перенесли на натуру, никто проверять данные не стал. Но давайте, я всё-таки на Вас попробую что-нибудь найти.
Что-нибудь оказалась рубашка, рукава которой, если саму рубашку не застёгивать, закрывали руки до кистей. А вот найти подходящий пиджак не удалось. Даже не в застёгнутом состоянии рукава заканчивались где-то посередине, между кистью и локтевым суставом.
- Подойдите к ответственному за массовку, получите компенсацию. Так и передайте, что на вас нет подходящего костюма.
Я надел на себя жилетку и вышел на свежий воздух. В фургончике было достаточно душно, как в автобусе. Следом за мной вышел мужчина. На него что-то нашли. Выглядел он, на мой взгляд, скорее не посетителем кафе, а завсегдатаем мусорной свалки. Но, это всего лишь моё мнение. Да и то высказанное от зависти.
Юношу, который забрал у нас паспорта, я нашёл возле биотуалета. В двух словах рассказал ему, в какой ситуации я оказался. Как мне показалось, юноша искренне мне посочувствовал.
- Как Ваша фамилия? Хотя я Вас по фотографии опознаю. Паспорта я отнёс секретарю, она как раз сейчас оформляет договора на съёмку. Жаль, что так получилось. Вы пока подождите меня в автобусе, я принесу Вам паспорт и узнаю, что Вам полагается в качестве неустойки.
Я поплёлся в обратном направлении. В салоне автобуса никого не было. Переодетые статисты или гуляли по тротуару, продолжая веселить случайных прохожих, или уже были отправлены в кафе, на место съёмки. Им было весело. Мне не то, чтобы грустно, печально, а как-то неинтересно. Несмотря на то, что было около десяти утра, можно было сказать, что день прошёл зря.
В салон автобуса протиснулся юноша с папкой и вынул из неё мой паспорт. Протянул его мне и попросил: - Проверьте, Ваш или нет.
Я по обложке видел, что паспорт мой, но проверил. После чего убрал паспорт в карман. Юноша уселся на свободной кресло, повернулся ко мне лицом и сказал следующее.
- Насчёт Вас принято такое решение. Во-первых, примите наши извинения, - на эти слова я молча кинул, - а во-вторых я Вам выплачу сто рублей на транспортные расходы.
Сто рублей составляли только половину транспортных расходов от моего дома до места съёмок и обратно. Но спорить я не стал и повторно кивнул головой.
- Вот и договорились, - удовлетворительно произнёс юноша, встал с места и вынул из кармана тысячу рублей.
- Вы сказали сто рублей, а не тысячу, - робко возразил я, смутно надеясь на то, что юноша оговорился, когда озвучивал сумму компенсации.
- Да, сто рублей, - быстро развеял мои розовые мечты юноша, но у меня нет других купюр.
- А у меня сдачи нет, только на карточке деньги, - ответил я.
Возникла непредвиденная пауза. Мне не хотелось вставать в позу обиженного, кричать, а вот идите и ищите мои сто рублей. Пока я их не получу, я отсюда никуда не поеду! Чего бы я этим добился? Не та сумма, чтобы устраивать дебош. Потом ещё внесут в чёрный список и прощай не состоявшаяся кинокарьера. Поэтому я предложил более простой выход.
- Сбросьте эти сто рублей мне на телефон. У вас же записан мой номер телефона.
Юноша открыл свою папку, вынул из неё список статистов, после чего произнёс номер моего телефона вслух.
- Да, это мой номер, - подтвердил я.
В этот момент у юноши заработала рация. Мужской голос потребовал нахождения моего собеседника в кафе. Юноша протянул мне руку для прощания.
- Ещё раз прошу прощения за случившееся недоразумение. Деньги на Ваш номер я переведу, как только освобожусь. А сейчас извините, я вынужден бежать.
- Я Вас понимаю. Работа есть работа.
Это были последние слова, адресованные мной работникам московской солидной телекомпании. Выйдя из автобуса, я пошёл по направлению к метро.
О том, что сто рублей мне так никто и не перечислил, догадаться не так уж сложно. Я с тех пор ни на один эпизод больше не записывался, хотя рассылку новостей не отменил. Почти каждый день разные съёмочные коллективы ищут добровольцев для участия в проектах. Но я по своим параметрам, - возраст, рост и вес никуда не попадаю.
Сезон «Морских Дьяволов», в котором я участвовал, стартовал на телевидении осенью. Я к тому времени посмотрел только четверть ранее отснятого материала. Так что увидеть себя на экране, при условии просмотра сериала целиком, я мог где-то через год.
Так оно и получилось. Я увлёкся сериалом. Иногда смотрел его поздно ночью, уж очень интересно было узнать, чем закончится та, или иная история. Менялись персонажи, из воды действия постепенно перешли на сушу, а следить за развитием сюжета мне всё так же было интересно.
Прошло полтора года с момента съёмки, когда я наконец-то увидел ту самую серию. Мне помог это понять квадроцикл. Я его узнал сразу, а несколько минут спустя на экране появилась та самая сцена, в которой мне довелось принимать участие. Что сказать? Парень, ожидавший со мной съёмочную группу в фойе НИИ, оказался прав. При монтаже кадры с моим участием оказались вырезанными. Слабым утешением может служить то, что вырезали достаточно много материала. Не вошла половина диалога между бойцами спецназа, полностью посадка в машину, её отъезд от крыльца. Вот кто получился хорошо, так это девушка с сумкой. На экране она крупным планом прошлась прямо за спиной немецкого корреспондента. Вот она, волшебная сила искусства кино! Во время съёмки девушка сделала полукруг, а в кадре этого совершенно не видно.
Вырезаны были и эпизоды с участием полицейских. Их было четверо статистов, изображавших полицейских. В кадр попал только один, да и тот где-то сбоку. Утешает только то, что всем заплатили за участие в съёмках. В моей ситуации это уже не первый случай. Пять лет назад мне заказали написать тексты песен для спектакля. Я написал, деньги получил, а спектакль так и не вышел. Так что увидеть своё имя на афише мне не удалось.
Как и не удалось мне увидеть себя на экране телевизора. Пусть только со спины, но я-то знал, что это точно я. Да, ладно, чего уж там. Видимо, не моё это дело. Я всё-таки автор, а не исполнитель. Переживу. На предложения поучаствовать в съёмках больше не откликаюсь. По крайней мере пока. Дальше видно будет. Как говорится, - пройдёт когда-нибудь и по нашей улице инкассатор.
Вот от чего не могу никак отделаться, так это когда мне приходит на мобильный телефон сообщение, я всё жду, что это те самые сто рублей компенсации. Ну, не могла же та кампания так подло со мной поступить! Она же солидная, потому что московская…
26.12.2019