Очень легко относиться к старшему как к начальнику и всё свалить на него, или видеть в нём лишь временщика, наёмника и ожидать другого. Такое отношение неизбежно возникает тогда, когда нет настоящего выбора, когда нет узнавания старших в народе, в обществе и в церкви. К сожалению, ни архиерейский, ни другие церковные соборы тоже сейчас не обеспечивают такого узнавания и такого выбора. Они тоже не выражают мнения церкви, так же как не выражают его и голоса патриархов и синодов.
Чтобы ситуация изменилась, во-первых, нужно, чтобы в церкви родились какие-то живые отношения снизу – прежде всего в церковных общинах и братствах, имеющих в основании общую жизнь в доверии, свободе и любви, построенных на принципе личностных отношений братьев и сестёр с Богом и друг другом. Во-вторых, как и думал об этом Великий Московский собор 1917-1918 годов, как это частично и практикуется до сих пор в Парижской архиепископии церквей русской традиции, нужно, чтобы свободно избирались и старшие в общине – пресвитеры, и старший в межобщинных отношениях в пресвитериуме – настоятель или епископ.
В каждой епархии нужно иметь систему выбора своего епископа, своего старшего, предстоятеля на таинстве евхаристии, но это должен быть действительно настоящий старший для всех. Чтобы такой человек появился, надо ещё дать ему возможность вырасти. В наше время часто всех, кто имеет или даже только набирает вес в церкви, просто гнобят, просто выбрасывают, на них клевещут, их дискредитируют, их презирают. И это давно никакая не новость, это прижилось у нас. Поэтому те, кто должен бы по-божески и по-человечески быть старшим – как правило, по сути не являются таковыми. Да ещё часто они травмированы этими несправедливыми гонениями и отношениями. И такими старшими не надо пренебрегать, не надо загонять за Можай, скручивать в бараний рог и сживать со света, как это нередко бывает до сих пор в наших епархиях. Стоит появиться хоть одному такому человеку, по-настоящему харизматическому, без всяких злоупотреблений, как тут же начинается борьба всей иерархической системы с таким священником и тем более мирянином. Таких людей просто выживают из канонических границ, даже сознательно «выдавливают в раскол», по выражению о. Константина Буфеева. Они остаются в Церкви с большой буквы, но в канонических границах они становятся не заметны, не видны.
Нам нужно испытание воли Божьей, свободное выявление в церкви старших, потому что без настоящих Богом избранных старших невозможно преодолеть всякий фетишизм, всякое идолопоклонство и суеверия, которых так много накопилось в церкви и около церкви. Надо вспомнить, что не только дьяконы, пресвитеры, епископы или патриархи, но и миряне должны быть подлинными членами народа Божьего, несущими своё служение, которое может иметь большее значение, чем служение епископа или патриарха. Эти миряне-лаики могут быть носителями апостольского или равноапостольного служения, как и пророческого служения или учителями Церкви. Господь посылает таких людей, а церковь перестала их узнавать, а тем более признавать и на них ориентироваться. Если мы видим, что церковные правила, уставы и даже каноны этому не способствуют, то нужно преодолеть излишнее преклонение перед мёртвой буквой и изжитой формой, в том числе буквой и формой тех писаний святых отцов, которые были написаны для определённых ситуаций своего времени и не всегда передают их мудрость и огненный дух их жизни. Я уж не говорю о всякого рода старцах, признанных и не признанных, которых часто сами себе по человеческой слабости назначают люди.
Задача постконстантиновского времени – не просто изжить, преодолеть инерцию и соблазны ушедшей церковной эпохи, имевшей и свои великие дары, свой смысл, но и расчистить путь тому новому, что Господь открывает нам, не заглушая пророческого и вообще харизматического начала в церкви иерархическим. Тогда церковь сможет нормально существовать в современном мире, тогда она заговорит своим голосом благодаря своим пророкам, учителям и людям апостольского духа, благодаря всем тем, кого Господь поставит в Своей Церкви старшими.
(2019)