Известный якутский художник Семен Луканси посвятил свою картину своему пушистому другу детства - собаке Моойто. Имя собаки вероятно сокращение от Моойторук, так обычно называют собак с белой каймой на шее, как ошейник.
В соцсетях художник рассказал печальную историю собаки, которая тронула сердца многих якутян, переживших подобное. Передаем слова автора с небольшими исправлениями со ссылкой на Sakhaday.
«Был умнейшим песелем»
В детстве у меня была собака по кличке Моойто. Я его помню с раннего детства. По возрасту мы были почти ровесниками. Когда мне было два года, отец взял щенка охотничьей лайки у соседа.
Мой был умнейшим песелем. Мы росли практически вместе. Помню, как он даже помогал дрова таскать в дом зимой. Весной играли в снегу, кувыркались. Во время игр один раз он мне даже шапку соболиную порвал.
Когда он повзрослел, отец начал брать его на охоту. И через пару лет он стал первоклассной охотничьей собакой. В основном охотились на соболя.
После каждого сезона охоты Моойто, приходя домой, сразу прибегал ко мне, подпрыгивая, пританцовывая, с широко раскрытыми глазами и виляющим хвостом. Пытался меня свалить в снег. Это были моменты радости нашей встречи.
«Пора избавиться от него»
Спустя много лет, Моойто стал уже стар для охоты. А еще начались проблемы с лапами. Отец больше уже не брал его на охоту, Моойто стал простым сторожевым псом. В основном ходил за мной по пятам по деревне. Куда я - туда и он.
В тот день, осенью, когда мне было 14 лет, а Моойто 12 лет, отец мне сказал, что пора избавиться от Моойто, что он уже стар и болен. Я не верил своим ушам.
Никакие уговоры и просьбы сохранить жизнь моего друга Моойто не помогли, решение у него было твердым, суровым, непоколебимым. Суровым, впрочем как и весь уклад нашей северной жизни...
«Хотел закрыть друга от смерти, но не осмелился»
В тот воскресный вечер отец привязал Моойто к столбу около дома, положил в миску еды, а мне приказал уйти. Конечно, Моойто пришел радостный, уткнулся мордой в миску и начал есть. Он ничего не подозревал (а может и знал).
Отец отошел на метров двадцать и... застрелил моего Моойто, пока тот ел. Я стоял недалеко и за всем этим наблюдал. В какой-то момент я хотел подпрыгнуть и закрыть собой моего друга от верной смерти, но не осмелился.
«Держал на руках бездыханное тело»
Не буду описывать что было дальше и в каком я был состоянии, думаю, это не сложно догадаться. Я только помню как держал в руках бездыханное тело моего Моойто. А еще ощущал сильный шум в ушах от звука выстрела. Моойто был ещё совсем тёплым и пушистым, и только легкая судорога и белая шейка испачканная черной кровью казались для меня неестественными.
Я долгое время вспоминал про него, и когда в прошлом году написал эту работу, меня как будто отпустило. Свалилась гора с плеч. Я все простил отцу и мысленно поблагодарил. И попросил прощение у Моойто. В этом нет никакой инфантильности, это реалии жизни на Севере. Поэтому и отношение к смерти немного другое что ли.
Как отреагировали якутяне
Многие якутяне узнали в этой истории случаи со своими собаками. А остальных это потрясло до глубины души.
«Со мной было то же самое. Почему родители не берегли нас? Чем была оправдана такая жестокость?», - пишут одни.
Другие же считают, что сейчас выросло другое поколение, более тонко чувствующих, чем их родители.
«Несмотря на то, что нас воспитывали суровые немногословные малоэмоциональные родители, мы стали другими - тонко чувствующими, эмпатичными, заботливыми. Мы простили своих отцов, которые в те времена практически все были очень далеки от идеала, совершали подчас чудовищные поступки, последствия от которых приходится прорабатывать всю жизнь», - пишут они.