Услышав за спиной шорох, Энни оглянулась. Огромная черная собака стояла в метре от нее, оскалив зубастую пасть и не сводя с нее глаз. Энни и пикнуть не успела, как оказалась на лопатках, прижатая мощными лапами к земле.
Прямо над ее лицом нависла широкая черная морда. С огромных клыков стекала слюна и капала на щеки и шею маленькой воровки.
Энни дернула головой. Страшные челюсти тут же клацнули, и раздалось предупреждающее рычание. Девочка застыла, боясь лишний раз пошевелиться. Собака подняла морду вверх и несколько раз громко залаяла. Энни зажмурилась, ожидая момента, когда острые зубы вопьются в ее шею.
— Хок, кто у нас тут сегодня? — раздался бодрый мужской голос.
Пес отрывисто гавкнул в ответ.
— Воришка, говоришь?
Энни услышала легкие торопливые шаги, а потом пренебрежительное:
— Брось гадость, Хок!
Пес с явной неохотой переместился на землю, и Энни смогла вдохнуть полной грудью. Она заставила себя открыть глаза и увидела над собой уже не собаку, а человека.
— Странное дело, обычно Хок перегрызает нарушителям границ горло в два счета, — задумчиво произнес он. — Раз уж ты до сих пор жива, давай знакомиться, — он протянул ей ладонь и когда она, секунду поколебавшись, приняла ее, рывком поднял девочку с земли.
Энни поправила платье и передник, отыскала в траве башмаки и оброненную капусту.
— Меня зовут герцог Дезмонд Уэйн, — с интересом наблюдая за действиями девочки, представился мужчина. — И это мои владения.
Энни исподлобья посмотрела него. Одет не роскошно — кожаная охотничья куртка, штаны из мягкой кожи и высокие грубые сапоги. Каков замок, таков и хозяин.
— Грета. Из Ольстена, — шмыгнув носом, она изобразила неуклюжий реверанс и назвала первое пришедшее в голову имя. Не хватало еще, чтобы хозяин замка узнал, кто она на самом деле.
— И что же Грета из Ольстена здесь забыла?
— Я пришла за капустой, — она покосилась на кочан.
— В Ольстене так плохо обстоят дела с капустой и мне пора готовиться к нашествию голодных и озлобленных селян?
— О, нет! Вы можете быть спокойны! — поспешила заверить его Энни. — Я шла совсем не за капустой, а за головой.
Он удивленно хмыкнул, внимательно рассматривая чумазую оборванку:
— За какой головой?
— Обычной. Человеческой, — затараторила девочка. — Какая попалась бы, ту и взяла бы. Но головы не было, пришлось брать капусту.
— И зачем тебе понадобилась голова? — разговор с этой придурковатой начинал забавлять его.
— Мне она не нужна, — Энни махнула рукой. — Это для друга.
— Ему своей не хватает? — расхохотался герцог.
— Временами, — проворчала Энни. — Он утверждал, что вы храните головы своих жертв под стенами замка. А я решила доказать всем, что он врет.