Написала предыдущую статью и чуть позже обратила внимание на то, что в соцсетях только и пишут о том, как Макрон на финале чемпионата мира по футболу в Катаре выбежал на поле и начал утешать своих проигравших футболистов. Меня, помнящую поведение Макрона на прошлом чемпионате и в других похожих ситуациях, это с ходу совершенно не удивило – приняла как что-то совершенно само собой разумеющееся. Это же Макрон.
А других людей подобное поведение действительно поразило – никакой охраны, никаких мер предосторожности. А ну как расстроенный Мбаппе ему бы в торец засветил с его непрошенными утешениями? Справедливости ради, какие-то люди с бейджиками, похожие на охранников, позади президента Франции все-таки стояли, но много ли бы они успели, если бы футболист позволил бы себе лишнего? Очень необычное поведение главы государства, очень бросающееся в глаза. Мы действительно отвыкли от нормы, и кто знает, насколько глубоко?
Ведь быть человеком – переживающим, сочувствующим, эмпатичным, искренним – это же нормально. С каких пор это стало чем-то привлекающим внимание, чем-то удивительным? Если человек действительно сопереживает кому-то и хочет ему помочь и как-то приободрить, он мало думает о своей собственной безопасности, и это тоже совершенно естественно. Когда ты думаешь о других, ты не зацикливаешься на себе – и с обычными, нормальными людьми это происходит каждый день.
Будь ты мировая звезда, президент, известный деятель или просто человек в чистом поле без всяких регалий – в мире нормальной этики для тебя вполне естественным будет испытывать и выражать свои чувства, и ничего сверхъестественного в этом нет. Ты можешь грустить, можешь радоваться, можешь кого-то жалеть, и никто тебе в этом не помешает и тебя не упрекнет. Наоборот, смешным и нелепым в этом реальном мире будет вести себя напыщенно и безучастно, и даже явно непривычный к такой норме эмир Катара это понял и постарался не скрывать свои человеческие эмоции. Нет ничего ненормального в том, чтобы чувствовать, и нет ничего особенного в том, что человек выражает свои чувства.
Всевозможные ритуалы, меры предосторожности, церемонии, постановочные встречи и выученные, написанные кем-то другим монологи нужны лишь только в одном случае – когда человек не чувствует и не признает себя обычным человеком, не умеет ни выражать, ни даже испытывать ни одной человеческой эмоции. Собственная человеческая сущность так страшит и пугает, что загоняется бесконечно далеко и глубоко – так, что уже никому ее никогда не увидеть. На поверхности остается только символ, только знак, не имеющий ни личностных характеристик, ни человеческих качеств. Если тебя нет, то и спроса с тебя никакого нет, ты же памятник.
Мы действительно отвыкли от того, что стремление выхолащивать себя до символа и функции является чем-то нездоровым, проявлением какой-то дисфункции. Мы и сами говорим про себя, упоминая в первую очередь профессию и роль в семье, и только потом начинаем думать, а что мы, собственно, собой представляем как люди? Кто мы без всех этих ежедневных обязанностей, без этих социальных ролей, без этой рутины? Потеряй мы все внешнее в одночасье, с чем мы останемся? Одинокий человек в чистом поле, лишенный личности, биологический индивид без всякой индивидуальности.
Людьми нас делает только человеческое в нас – наши чувства, наши эмоции, наши мысли, наши принципы, наши убеждения, наше собственное, сильное и хорошо понимаемое «я», и это совершенно нормально.