БАЗА ЗНАНИЙ B.I.T.C.H.
История самого чёткого рассказа берёт начало из вероятности фактов совпадений действительности. В этом рассказе расскажу вам о самой неприметной фигуре наших приключений – Алёше. Алёша – парень неплохой, восхищался всюду мной, и моею бородой восхищался он порой. Борода моя стремглав вниз тянулась, как жираф, Лёхе ходу не давала и частенько раздражала. Говорил он мне, что я, как бомж, хотя сам был на него похож, говорил ещё, что я, как бич, и что бороду мою пора подстричь. Но потом во всем признался и унижен был, и обосрался. А в былые времена на нас сэр Курдюк послал спецназ. Метили в него мы по бокам, хоть и цель была столь далека. Те кривые были и мы тоже, но тогда за дело взялся Лёша. Вместо края зарядил он в центр, за что назван нами был он Алексзэнтр. И это лишь начало.
Вся чёткость данного рассказа заключается в том, что она сосредоточена в самой сути. Наступали такие времена, когда миру требовались новые герои. И вы не поверите – ими стали мы с Алёшей! Это, конечно, очень неожиданное событие, потому что я обычно про нас не пишу рассказов. А ещё не пишу про Серого, Санька и Егора.
Алёша же стал агентом, агентом Алексзэнтром. Но я понимал всю суть проблемы и решил помочь племяннику. Я сам сделал себе имя… Агент Серджинсоу – так я себя звал. Лёха меня так звал за то, что я носил джинсы серого цвета; Серый за то, что меня зовут также, как и его; Егор за то, что меня зовут также, как и Серого; а Санёк за то, что меня просто зовут Серёга. И это не весь бред, который вы услышите в данном рассказе, потому что он самый чёткий из всех рассказов! Он по чёткости уступает лишь Чаку Норрису на одну секунду. Чаку же мы сообщили, что рассказ даже близко не стоит с его чёткостью, потому что боялись смерти от удара ногой с разворота. Ведь Чак Норрис мог убить нас даже силой мысли!
Итак, мы с Лёхой стали агентами, следовательно, нам была нужна база. Мы организовали её в самом неприметном месте, которое ранее не было задействовано в наших рассказах – Егоровом доме в посёлке. Организовали мы базу и решили, что пора нам вершить правосудие. Переоделись мы в смокинги и пошли по улицам. Все девушки сразу же обратили внимание на меня, потому что, как вы помните, я был самым крутым.
– Я не помню! – возразил Клементий Чубайс, старший деверь Чубайса, который знаком нам с ранних лет.
Тогда мы поведали ему сию историю.
А как же звали знакомого нам Чубайса? Никто не помнит. Тогда назовём его, скажем, Акакий Чубайс.
Идём мы, значит, с Лёхой по улице, а навстречу нам какая-то подозрительная группа гопников. Но это были не гопники, это были сыновья Чака Норриса. Чак убил нас за это, но Егор перемотал время на секунду назад, а так как вы не знаете, насколько быстро я его писал, то мы оказываемся примерно на этом моменте… А навстречу нам какая-то группа… крутых парней, которых мы очень уважаем. Чак Норрис подмигнул нам. А вы что думаете, Чак Норрис не моргает? Нет, он моргает вместе с вами!
Мы прошли это банду и свернули за угол. Где-то тут располагался штаб нового антагониста.
Вдруг мы услышали чьи-то шаги и побежали в сторону от них. Но они нас догнали. Шаги подпрыгнули, перекрутились в воздухи и убили нас, потому что это были шаги Чака Норриса. Но Егор перемотал время на секунду назад, а так как вы не знаете, насколько быстро я писал рассказ, то мы оказываемся примерно на этом моменте… Но тут мы услышали чьи-то шаги и… спрятались за мусорный бак. Выглянули. Это был он, наш теперешний главный злодей. Сначала шаги Чака Норриса, а сейчас очередной враг. Шаги Чака были лишь глюком рассказа. И это единственное, что Чак не узнал, поэтому не убил нас, потому как он чтит свои шаги и понимает, что они первостепенны во всех рассказах мира. И мы это, конечно же, никак не могли отрицать.
Данный рассказ послужит нам предысторией к новым приключениям новых личностей – личностей, именуемых агентами. Сколотим же и остальным имена! Закалённый в сражениях и пленяющий своей красотой Санёк стал агентом Саньчосом, ну, или Саньчоусом; Егор, великий Егор, богатейший человек нашей планеты, ныне стал агентом Джорджиусом; А Серёга, который ещё подкачался немного, стал агентом Серджопикусом. Новая команда, новые приключения, новые враги. Теперь мы – Агенты в смокингах. Agents In Smokings. Аббревиатура – AIS. Да-да, просто Эйс.
И пропали наши бывшие враги. Нет больше полюбившегося нам сэра Курдюка, Выпердона и их прислужников. Собственно, и самих-то BITCH тоже больше нет. Как будто бы кто-то взял и вычеркнул тот долгий и донельзя тяжелый этап нашей жизни из памяти и действительности. Пропали все наши возможности, которые так долго наполняли наши сердца, нашу душу. Они и до этого пропадали, но теперь это было сделано добровольно. Да и выбора особо-то и не было. Но мы были горды тем, что мы снова в деле, в новом деле, за которое взялись дружно, всей командой. Это новый этап эволюции, это Эйс!
Собственно, начиналось всё достаточно непредсказуемо. В пятницу 13-ого собрались мы все в Егоровом доме посёлке. Все мы сидели в кухне в ожидании… в ожидании Егора? Он появился из ниоткуда и сел за стол, закинув ногу на ногу. Руки он сложил на столе, как школьник.
– Ребят, вы ничего не замечаете в себе странного? – спросил он.
– Вообще-то замечаем, – ответил я. – Это мы точно попали в рассказ «The BITCH».
– Егор, – возразила его бабушка, заходя к нам в кухню, – сядь на место!
Егор ухмыльнулся, но выполнил требование своей бабушки.
Егорова бабушка села за стол. Тут начался разговор.
– Вы ничего не замечаете в себе странного? – спросила бабушка.
– Вообще-то замечаем, – ответили мы все хором.
– Давайте по очереди. Вот что ты замечаешь в себе, Егорушка?
– Хи-х, ничего, – ухмыльнулся Егор.
– Нет, внучек, это тебе так кажется, потому что вы только начнёте обретать новые силы со времен. Поэтому, Егорушка, твоя новая стихия – дерзость. Ты скоро её постигнешь, скоро.
– А я? – спросил Серый. – Что я постигну?
– Прыткость, – ответила бабушка. – Её ты и постигнешь.
– О, да! – Серёга был вне себя от радости.
– Лёшка, – сказала бабушка, устремив взор на Назарова Алексея Владимировича, – твоя стихия – сущность.
– И в чем же она будет заключатся? – спросил Алёша.
– Да в том, что ты будешь мозговым центром команды.
Лёха обрадовался. Он и так как бы умник Пейдж.
– Санька, – продолжила Егорова бабушка, – тебе достается размечтательность.
Санёк даже не попытался осмыслить значение этого слова
– А тебе, Серёж, – добавила бабушка и посмотрела на меня, – мощча!
Это звучало очень величественно.
– Мощь? – удивился я.
– Не мощь, а мощча! Чтобы звучало чётче, ведь это же самый чёткий из всех рассказов!
Я еле перевёл дух от такого напора.
– Вот вам кулон, – произнесла бабушка и протянула его мне. – Ты снова главный. Но запомни, Сергей, что твоя сила ничтожно мала по сравнению с остальными участниками команды.
– Как мне тогда сражаться с такой слабой силой? – спросил я бабушку.
– Вам нужно быть рядом, чтобы ты питал силу остальных друзей, преумножая свою.
Стемнело. Мы разошлись, а на следующее утро все дружно собрались в лесу, чтобы опробовать свои силы.
– Превращаемся! – закричал я.
Прошла вспышка света, и мы превратились в агентов. Вот тут то и начинается самое интересное. Мы придумали себе имена и изучили свои способности. Я научился преумножать свою силу в ПИ, ну, 3,14 раз, но преуменьшать в ускорение свободного падения, ну, в 9,8 раз. Того я уменьшал свою силу примерно в 3 раза. Егор научился быть дерзким, всем дерзил и за это огребал конкретно. Санёк научился строить планы, а затем лишь размечтываться в них, потому что они ни к чему не приводили. Серёга научился быть настолько прытким, что не смог бы уклониться даже от атаки гусеницы. Самый чёткий момент в рассказе, когда тот самый Алёша, которому данный рассказ посвящен – а ему ли он посвящён? – познает первым силу своего агента. Агент Алексзэнтр был способен бегать быстрее муравья и летать подобно страусу, а также был умен, как дуб. Лёха был счастлив познать такую мощь. Только не мощь, а силу. Мощча была моей стихией.
Теперь нам предстояло обуздать силу агентов, чтобы преобразовать их отрицательные качества в положительные, нужные нам. Для этого мы поехали в Зажопинск, город на окраине жопы, чтобы огрязнить, осрамить там свои души. Так и сделали, а смыв с себя всю срань, мы познали нашу истинную силу. Теперь я мог в десятки раз становиться мощчее. И не стоит вам путать с «мощнее». Мощь и мощча – разные вещи! Егор научился, пользуясь яростью врагов, преобразовывать это в свою силу. Серый стал прытким, как миллиардная часть Чака Норриса, но этого уже было достаточно, чтобы охренеть от скорости движения Серёги. Санёк теперь мог создавать мечты и преобразовывать их в реальность. Но они и сами должны были быть реальными, а то могли затянуть нас в неведомый мир. И Алёша… Алёша научился находить решения в различных загадках. Вот теперь мы были полны мощи, а я был полон мощчи. Однако все эти способности имели лишь абстрактное восприятие, потому имели силу лишь на бумаге.
Теперь нас ждали новые враги. Взамен только ушедших, к нам пожаловал новый злодей, Джон Торпендо – турбо-каратист из Зажопинска, пытавшийся сбить нашу церемонию постижения силы, но был отброшен в самую жопу. Наш новый злейший враг. Его правой рукой являлся злой и неисчерпаемо донельзя могущественный правитель нижнего Зажопья. Его звали Кудесник. Он был обычным человеком, но цвет кожи был слегка коричневатым, что давало нам понять, что не зря он правитель соответствующего названия местности. Встреча с ними была запланирована на вечер завтрашнего дня. Но день оказался слишком чётким, чтобы мы пошли на эту встречу. И мы перенесли её на неопределенный промежуток времени.
Хочу подвести итоги данного рассказа. Чтобы охарактеризовать его с самой чёткой стороны, я добавлю в него искорку чёткости. Теперь это рассказ стал менее чётким, чем чёткость Чака Норриса на одну искорку чёткости. Чаку же мы про это не сказали, и сам он этого не узнал, потому как существует шанс один к гуголплексу, что Чак, знающий обо всём во вселенной, может чего-то просто не узнать. Рассказ был создан под руководством Чака Норриса. Изначально некоторые фразы и предложения были из него вырезаны.
И лишь теперь рассказ приобрёл разноцветный окрас. В нём и мы, и зло, что лишь нам беды принесло. В отличии от всех рассказов не применял я все тут фразы. Про Чака часто говорил, чтоб тот ногой нас не убил. Врагов придумал много новых и злых тупых, кривых, суровых. Про двух врагов сказал сполна, но будет тут их до хрена. И вам скажу, смотря прямо в глаз: «Вот самый чёткий мой рассказ!»
Потом была какая-то вспышка света, и я тут же пробудился. Я находился в нашем доме, который, как вы уже знаете, достался Алёше из чьих-то рук ещё давным-давно. Я встал с кровати, уверенно вышел из своей комнаты и спустился вниз. Друзья занимались каждый своими делами, будто ничего и не произошло. Но ведь кое-что всё же произошло, не так ли? Я донёс до всех информацию о вступлении в ряды агентов, и эта новость, на моё удивление, была воспринята положительно. А сон, который мне приснился, буквально описывал все те изменения, что должны были произойти с нами. Увы, старых сил мы лишились, а вот новых ещё не обрели. А сражаться с очередными, неизвестными нам, противниками без сил как-то не особо представлялось возможным. Если они умеют хотя бы десятую часть того, что имели предыдущие враги, то это уже была огромная проблема. Только на одни перекруты в воздухе и придётся уповать.
– Серый, надо поговорить, – обратился ко мне Серёга. – Мы тут придумывали нам новые прозвища, так что ты должен их услышать.
– Я догадываюсь, что это будет знатная блевота, – сказал я, слегка скорчившись.
Я прошёл в зал и прилёг на диван, закинув ноги на подлокотник.
– Ты теперь у нас будешь агентом Серджинсоу, – произнёс Алёша и слегка оскалил зубы от избытка юмора в крови.
То же прозвище, что и было в моём сне. Если и силы мы получим те же, то уже хоть какой-то информацией мы располагаем.
«Даже если сон действительно был чем-то вроде видения будущего, – подумал я, – то почему я не увидел там Никиту?»
Действительно, специалист по информации, некогда сопровождающий нас в битве с поверженными противниками, как-то остался без внимания. Честно, никогда не слышал большего заблуждения.
ПРОДОЛЖЕНИЕ