Снежные бабы в эпоху первомая (из записной книжки Капитана Хмуро).
Ах, белый теплоход… широкий баобаб…
Скучаю я в жару по виду снежных баб
Р. Крузо.
Озарение наступило как всегда неожиданно. Я стоял в пивном отделе и медитировал, стараясь прочувствовать приближающееся будущее с целью определить какое пиво будет лучше всего ему соответствовать. Я стоял и не смел сделать выбор между выдержанным в дубовых бочках шотландскому, цитрусовыми ароматами бельгийского светлого и горьковатыми темными английскими стаутами. Но суть будущего была таинственна и темна. Я был растерян и сбит с толку.
Когда-то я знал, что есть пиво. Оно делилось всего на два вида: «пиво есть» и «пива нет». Кроме этого был ещё эль, но эль был не для питья. Эль существовал как дракон - о нём говорилось в старых стихах и поэмах, доступных нам благодаря переводам Маршака. Но как драконов, так и эля никто из нас тогда не видел и не ощущал. Эль был фактом литературной жизни, факт культуры, но никак не обихода. К той же категории, кстати, относился и вересковый мёд, рецепт приготовления которого канул в суровое штормовое северное море вместе с отважным стариканом-пиктом, прямым предком тургеневского Герасима, в литературном, естественно, смысле.
Вересковый мёд… его вкус был, согласно легенде, «to die for», стоящим смерти. Так, возможно, и было, но это было в то время и для тех людей. Как бы мы восприняли этот вкус - большой вопрос. Ведь когда-то, не столь давно, даже не в глубокой былинной древности, а в двенадцатом веке, при дворе Генриха Второго английского, можно было удостоиться наследственного титула, имения и двенадцати гектаров земли за трюк, включающий «Unum saltum et siffletum et unum bumbulum» - один прыжок, один свист и один художественный акт испускания ветра, производимый единожды в год, при королевском дворе, на Рождество.
Сейчас такое не потянет даже для армейской самодеятельности… То есть далеко не факт, что мы могли бы выпить этот пресловутый вересковый мёд и получить от этого удовольствие. Возможно, старик-пикт был прав, избавив нас от его вкуса? Кто знает?
Как бы то ни было, времена меняются. Со временами меняются и нравы. Времена же зависят от места, в каковом они происходят. Что возвращает наше повествование обратно в тот самый пивной отдел, в котором я пытался выбрать пива на вечер.
Заметив, по-видимому, моё замешательство, ко мне подошёл бритоголовый джентельмен, одетый в голубую форменную рубашку с бейджиком. «Дж. Ливингстон, менеджер» - гласил бейджик. Больше ничего примечательного в нём не было. Точнее, я ничего примечательного в нём не заметил. А не заметил я именно по той самой причине, что своим внутренним чувствилищем я старался ощупать будущее на предмет соответствия этого будущего конкретному сорту пива. «Я могу Вам помочь?» - произнёс мистер Ливингстон .
— Даже не знаю, - ответил я, частично возвращаясь к реальности, в которой выбор между разными сортами пива казался делом невозможным и это меня раздражало. «Я думаю, что бы взять на этот вечер», - продолжил я. Но что-то никак не пойму, что это должно быть.
Окончательно прекратив попытки ощупать будущее, я перевёл взгляд на мистера Ливингстона. Черты его лица вызывали ассоциации со статуями будды. И было ещё в его виде что-то птичье…
— Я, если позволите, всегда предпочитаю местное - сказал будда . Пиво должно быть свежее. А раз так - местное. С винами - с ними сложнее. Такой год, сякой год. И местности различаются… Есть риск не угадать, не вписаться, так сказать, в момент. С пивом. - проще. Благо, выбор большой. Буду искренне рад вам помочь, если вы сочтёте это уместным. - произнёс мистер Ливингстон и слегка поклонился. При этом он слегка развёл локти в стороны и мне подумалось о пингвинах…
— Будьте так любезны, - сказал я. Какое по-вашему мнению, пиво будет соответствовать сегодняшнему вечеру?
— хм... вы странно ставите вопрос. Какое именно прошлое соответствует настоящему? Понятно, что, посмотрев внимательно, так сказать, назад, можно заключить, что самые разные варианты прошлого могли с одинаковым успехом привести нас в это, как сейчас говорят, здесь-и-сейчас. Если вы, конечно, не поклонник детективов. В детективе сыщик смотрит на существующий в настоящем набор улик и безошибочно определяет как преступника, так и обстоятельства преступления, то есть, прошлое. Но это так только в детективах. В серьёзной литературе - по-другому. Быть или не быть - таков был вопрос Гамлета. А что именно он выбрал - неизвестно и не может быть установлено, даже если мы соберём все улики и установим, как и при каких обстоятельствах он погиб.
С этими словами мистер Ливингстон слегка вытянул шею и многозначительно склонил голову, предлагая мне оценить глубину его мысли…
— Я не уверен, что вполне вас понимаю, - признался я, отмечая про себя, что отмеченное сходство с пингвином было поверхностным. Он определённо напоминал баклана. — Как это влияет на выбор пива?
— ну как же? Если масса разных вариантов прошлого могло нас привести, а стало быть, и привело нас в это настоящее, то и разные варианты этого настоящего приведут нас в будущее. То есть для будущего без разницы, войдёте вы в него с кружкой светлого пшеничного или тёмного ячменного. Единственно, для кого есть разница - так это для вас самих… Кем и с чем вы хотите войти в будущее? - таков вопрос. И хотите ли вообще?
— то есть как? Что значит хотите ли вообще?
— это значит, что в будущее входить совершенно не обязательно. Об этом ведь и Гамлет говорил. Быть или не быть - то есть быть ли в будущем или не быть. А если не быть в будущем, то быть можно только в настоящем - в прошлом мы все и так уже были. Можно ведь вполне быть в настоящем, а будущее нам доставят, так сказать, на дом. Специально за ним ходить совершенно не обязательно и я бы даже сказал, бесполезно.
— так что же мне выбрать?
— да выбирайте, всё, что хотите. Лучше,конечно, местное - оно как правило, свежее, но вообще - без разницы. Если же вас интересует моё личное мнение, то конкретно вам я бы рекомендовал попробовать вот этот набор.
С этими словами он указал на стандартную коробку с шестью бутылками. Набор назывался Snowman, снеговик.
— Да, я уверен, что это — именно то, что вам сейчас надо, - продолжил он. Пространство и время, которые вас так занимают, - это важная часть нашей, так сказать, реальности, но лишь часть. Вы можете найти полезным, если вы позволите, обратить внимание и на другие аспекты.
— я не вполне улавливаю связь с пивом.
— ах, это очень просто. Снеговик - это то, что состоит из трёх частей. Посмотрите - тут всё нарисовано: три круга силы - видите? Илишь один из них оперирует в категориях пространства и времени.
— а два других?
— Если грубо, то в среднем будут уместны вопросы о границах «я», а в нижнем… нижний - это ворота между жизнью и смертью.
— но почему тогда бутылок - шесть?
— Стандарт индустрии. Просто так принято - шесть, двенадцать или двадцать четыре.
— Спасибо за совет, сказал я и, дождавшись, когда мистер Ливингстон отошёл к другому клиенту, взял себе с полки коробку бельгийского светлого. На желтой коробке был изображён старинный аэроплан, пролетающий над пшеничным полем в окружении нескольких довольно пиратского вида чаек и внутренний голос сказал мне, что я на этот раз я выбрал именно то, что было необходимо и достаточно для украшения приближающегося тёплого майского вечера…
Вообще, там история такая была, что в качестве эксперимента была запущена программа по социальной реабилитации некоторого контингента товарищей из ближайшей институции соответствующего профиля. Один из них думал, что он - чайка по имени Джонатан и так далее - его обустроили менеджером в пивной отдел.
Потом должен был быть плавный переход к фокейцам - торговцам, пиратам и философам. Оттуда, через Элейскую школу - к Пармениду, придумавшему Бытиё и Зенону с его апориями. Оттуда - к Ахиллесу и черепахе, оттуда - через небольшой обходной манёвр - к советской черепахе, черепахе нового типа, которая сама обгоняла Ахилла и таки обогнала его… «по отдельным показателям»…))) Далее должно было быть рассуждение про постановку целей: если черепаха не просто тупо делает шаг по прямой, а меняет направление движения, то Ахиллес её вообще никогда не догонит. И от этого - плавно перейти обратно к снежным бабам и их термодинамике. То есть к практике превращения льда в воду, воду - в пар, а пар - в Пространство. Чуть чуть умолчав о трансформации Пространства - ни к чему это… Термодинамика же нас вернула бы к самодвигательной дрезине, и её капитану, то есть Хмуро, которому всё это приснилось «in all the clarity of dream” (c)
Но потом я подумал, что лучше это опустить ибо наступила лень… ))))
ScrewUp,
Есть ряд идей, качеств или образов, о которых не всегда полезно говорить напрямую. Например, сложно говорить о лёгкости, о неусилии, о естественности, о невовлеченности, о «помимо ума», о «между покоем и усилием» и так далее. Намного вернее, как мне кажется, пытаться писать, из оных идей, качеств и состояний - неусильно и т.д. Получилось написать легко, без пафоса, без лишних заморочек и с небольшой долей здорового абсурда - уже хлеб…
Если при этом удаётся покрутить какой-нибудь достойный образ или идею. С разных сторон чтобы, с разных точек зрения - это тоже, как мне кажется, достойное дело.
Что же касается «кроме», то есть и «кроме». Чисто практические фишки. Вот эта , например:
То есть к практике превращения льда в воду, воду - в пар, а пар - в Пространство.
Но с практическими фишками - засада: те, кто практикует - о них и так знают. А кто не практикует или практикует что-то в совершенно иной координатной системе - тому и не очень надо… так что это - штука второстепенная. А вот лёгкость, ощущение ветра правильного… это - общечеловеческие вещи. И, кстати, весьма практические. Если удаётся их передать, конечно… Что далеко не всегда происходит. Но если происходит, то они как раз могут очень здорово помочь. Как мне кажется…