В разгар «холодной войны» армии стран Варшавского договора и НАТО стояли лицом к лицу в вооружённом противостоянии, которое в то время, казалось, указывало лишь на один исход — третью мировую войну. Противостояние характеризовалось постоянным страхом того, что любая эскалация военных действий неизбежно приведёт к разрушительной ядерной войне. Чтобы дойти до стадии апокалипсиса, сначала должно произойти боестолкновение в центральной Европе и в открытом море.
Главной линией разлома «холодной войны» была граница между коммунистической Восточной и капиталистической Западной Германией. С одной стороны находилась объединённая мощь Восточного блока (состоящего из Советского Союза и его союзников по Варшавскому договору), а с другой — Западного блока (состоящего из США и других союзников по НАТО). Благодаря Второй мировой войне и росту ядерных арсеналов, США и Советский Союз получили статус — сверхдержав. Их военная мощь стала беспрецедентной.
После Второй мировой войны власти в Москве извлекли урок из своего горького опыта. ВВС и сухопутная составляющая Вооружённых сил СССР потеряли почти всю свою технику во второй половине 1941 года в результате нацистского вторжения. Москва была полна решимости обеспечить, чтобы её стратегические резервы могли справиться со всеми непредвиденными обстоятельствами, и чтобы Восточная Европа выступала в качестве буфера безопасности для центральной части СССР.
В результате такого мышления и растущей напряжённости, которая и привела к «холодной войне», военно-промышленный комплекс Советского Союза не получил никаких «мирных дивидендов». Всевозможная техника и вооружение выпускались в огромных количествах и сразу же поставлялись в войска, либо помещалась в стратегический резерв. В первую очередь Советский Союз стремился защитить своё стратегическое влияние путём развития подводного и надводного флота.
Приверженность Москвы к созданию реактивной техники, космических технологий и разработки вооружений большой дальности, особенно ядерных межконтинентальных баллистических ракет, позволили ей с самого начала занять лидирующие позиции в гонке вооружений с Западом. США сосредоточили свои усилия на авианосцах, бомбардировщиках, подводных лодках и стратегических вооружениях. К 1980-м годам Советский Союз получил ядерное превосходство как на суше, так и на море.
В Европе внимание было приковано к многочисленным наземным войскам Советского Союза и других членов Варшавского договора, размещённым вдоль границ «железного занавеса» в Восточной Европе. Эти силы поддерживались множеством истребителей и бомбардировщиков, а на флангах таилась угроза советских военных кораблей и подводных лодок. Военное командование США осознавало, что если «холодная война» станет «горячей» - Москва перебросит свои воздушные и морские флоты, чтобы отрезать Западную Европу от помощи из вне. Под ударом оказались бы не только армии НАТО, но и суда в Ла-Манше, Северном и Ирландском морях, а также в Атлантическом океане. В частности, битва за Атлантику стала бы ключевой в решении судьбы Европы.
Когда Никита Хрущев хвастался заводами, «выпускающими ракеты, как сосиски», это был классический пример хвастовства, но он имел ожидаемый эффект: Вашингтон поверил в советскую военную мощь. Это, в свою очередь, привело к гонке между сверхдержавами за развертывание межконтинентальных баллистических ракет в «ракетной гонке», которая все ближе приближала мир к взаимному уничтожению.
Советские авиационные конструкторские бюро славились разработкой надёжных и простых в производстве истребителей для нанесения ударов по наземным целям, и истребителей-перехватчиков выполнявших функцию ПВО. Ключевыми особенностями советских самолётов времён холодной войны были их простота, прочность конструкции, отличное соотношение тяги и веса, хорошие боевые качества и разрушительная огневая мощь. В течение 1970-х годов, расширение советской тактической авиации заставляло НАТО постоянно следить за разработками новых самолётов.
К 1970-м годам советские подводные лодки превосходили многие западные разработки, что делало подводный флот СССР вполне реальной угрозой для судоходства НАТО. В стратегическом мышлении руководства ВМФ СССР — подводная лодка занимала главенствующее положение. В свете обширной береговой линии страны, субмарины считались гораздо лучше надводных кораблей для действий в арктических водах или в пределах Балтийского и Чёрного морей. Кроме того, если бы советские подводные лодки вышли в Северное море и Атлантику для нападения на конвои НАТО, их было бы гораздо труднее обнаружить и атаковать. Какие бы недостатки ни были у советских подводных лодок, они с лихвой компенсировались их скоростью, рабочей глубиной погружения и прочной двухкорпусной конструкцией. Советский ВМФ развернул целый ряд подводных лодок: атомные субмарины проекта 949A «Антей» с крылатыми ракетами, и могучий класс самых больших субмарин в мире проекта 941 «Акула» с баллистическим ракетами на борту.
Наземная компонента ядерной триады СССР состояла из стационарных (и более уязвимых) межконтинентальных баллистических ракет шахтного базирования, а также мобильных ракетных комплексов на огромных колёсных транспортных средствах повышенной проходимости. Последние могли скрываться в бескрайних российских лесах, затрудняя своё обнаружение, и стартовать в любой момент. Эти ракеты, вместе с атомными ракетными подводными лодками, обеспечивали Советскому Союзу наибольшее сдерживание и возможность нанесения первого удара.
По задумке военно-политического руководства СССР: сначала с помощью самолётов, военных кораблей и ракетного вооружения — перекрываются пути снабжения сил НАТО, а затем идёт полное их уничтожение. Нет никаких оснований полагать, что они не смогли бы успешно выполнить эту миссию, если бы началась третья мировая война.