В посёлке Горбы идти особо некуда. Пара улиц, которые можно пройти за полчаса, площадь перед магазином - пристанище Вовича и компании, и руины колхозного коровника, можно было бы исследовать, но сплошь заросли борщевиком.
- Алис, а ты почему всегда с собой наушники носишь?
- Музыку люблю.
- А какую?
- Музыку детства. Пока папа был... У нас дома часто играла музыка, иногда Криденс, иногда Лед Зепеллин, чаще всего Пинк Флойд. Я наизусть их песни знаю.
- А музыка хорошая?
- Самая лучшая в мире.
Дорога вывела ребят за околицу к излучине Куковки. Они спустились под мост, сели на нагретые за день бетонные плиты. Алиса протянула наушники Женьке.
- Слушай.
Включила гениальное вступление Time: потрясающая партия на барабанах и всего несколько гитарных аккордов, но эффект мурашек обеспечен.
Паренёк застыл с открытым ртом. Мелодия захватила его и понесла как на крыльях. Медленно-медленно он закрыл глаза, а губы растянулись в улыбке.
Алиса с довольным видом любовалась другом. А паренёк-то, наверное, вырастет красивым, отметила она про себя. Светлые волосы, карие глаза, и уже мужской такой профиль, несмотря на глупую сейчас улыбку. А его весёлый и лёгкий характер превратится в преимущество, когда придёт время знакомиться с девчонками.
По мосту с грохотом то и дело проносились КамАЗы, песок из их кузовов ссыпался золотистой пылью на дорогу, просачивался тонкой кисеёй сквозь круглые дренажные отверстия.
Женька покачивал головой в такт музыке, Алиса знала партию наизусть и едва постукивала пальцами по коленке, щурилась на закатное солнце, прислушивалась к журчанию реки внизу в зарослях осоки.
Вступление закончилось и пришло время вокальной партии. Алиса вдруг подумала, что время действительно очень быстротечно, но пока его ещё очень много.
А у Женьки его чуть больше, но чем старше они будут, тем меньше заметна будет эта разница. И эти четыре года через десяток лет превратятся в ничтожно малый промежуток... Что-то очень странные мысли пошли, - опомнилась Алиса.
Солнце не спеша сползало к западу, от деревьев вытягивались тёмные тени, высоко в небе носились неугомонные стрижи. Алиса тоже прикрыла глаза, подставила лицо розовым закатным лучам.
- Эй, Клищ! - словно удар хлыста, - не старовата для тебя подружка?
Алиса вздрогнула и открыла глаза. На другом берегу нагло улыбался Вович, рядом гоготали его дружки.
Женька Вовича не слышал, ему Роджер Уотерс пел об уходящем в песок времени.
Пришлось толкнуть паренька под бок.
- Чувырла! Вали отсюда, - подал голос один из друганов, - это наше место.
Да, точно придётся уходить, спокойно посидеть эта компания не даст.
Алиса и Женька поднялись на мост под хохот и улюлюканье пацанов. Сквозь дренажную трубу Алиса увидела, как внизу Вович собирается разводить костёр. Прямо под трубой. Идея пришла моментально. Алиса даже не успела до конца оценить последствия, ноги всё сделали сами. Посередине дороги лежала свежая кучка конского навоза. Один из аккуратных кругляшков, как раз подходил под диаметр дренажного отверстия, только чуть-чуть подпинуть. Алиса даже увидела перекошенное лицо Вовича, перед тем, как ароматное конское яблоко бухнулось ему прямо на голову и тут же свалилось в кострище, засыпав пеплом разложенную рядом закуску.
- Сука!!! Тварь!!! - завопил Вович и бросился из-под моста наверх. Но Алиса, ухватив Женьку за руку, уже неслась далеко за поворотом.
- Попадись мне только, - злобно прошипел Вович, - урою! И гадёныша твоего! - сплюнул в дорожную пыль.