Песенную строку Александра Градского, вынесенную в заголовок, я переиначил не случайно. Хотя самому мне и не довелось «шастать» по Союзу в составе стройотрядов, зато с лучшими из них я встречался каждое лето ― с 1978 по 1986 год. И могу с уверенностью сказать, что были они не только молодыми и уверенными в себе, но и считали, что будущее страны зависит именно от них.
Партия сказала ― комсомол ответил есть!
Большинство историков утверждает, что начало студенческих стройотрядов надо вести с 1924 года. Именно тогда Народный комиссариат труда и просвещения, вкупе с ВЦСПС определили порядок ежегодной практики студентов в летнее время. Период работы студентов СУЗов и ВУЗов на «стройках коммунизма» назвали «трудовым семестром».
Первыми стройотрядовцами стали ребята из знаменитой «бауманки» ― МВТУ имени Н.Э. Баумана. Вслед за студентами-технарями на стройки Союза отправились и учащиеся других учебных заведений. Стройотряды оказались выгодными всем. Государству надо было восстанавливать разрушенную Гражданской войной экономику, молодёжи ― зарабатывать деньги на хлеб и учебу. Вскоре на значимых объектах страны ― Московском метрополитене, Магнитке, лесозаготовках в Сибири и уборке зерновых на Украине ― трудились более 350 тысяч молодых студентов.
После окончания Великой Отечественной войны стало ясно, что без стройотрядов народному хозяйству не обойтись. Многие заводы и фабрики, как и другие объекты инфраструктуры, лежали в руинах. Примечательно, что первая бригада студенческого стройотряда была создана в Ленинграде, перенесшем многодневную блокаду. Главными объектами студентов Ленинграда стали новые ГЭС области. Именно с их помощью были, в частности, возведены Ложголовская и Непповская ГЭС. В 1966 году первый Всесоюзный слёт ССО принял единый Устав ССО. А еще через три года был создан и центральный штаб студенческих стройотрядов. Впоследствии студенческие стройотряды объехали весь Союз. Они участвовали в гигантских стройках послевоенных десятилетий. Работали на ударно-комсомольских стройках всесоюзного значения: КАМАЗе, БАМе, Саяно-Шушенская ГЭС.
Вот эта улица, вот этот дом! Где эта «барышня»?
Одной из таких строек в 70-80-х годах прошлого века было строительство жилья и других объектов на родине Юрия Гагарина, в бывшем городе Гжатске. Сюда приезжали самые лучшие отряды из всех союзных республик СССР. Отбор бойцов в них был персональным. Причем, учитывались при этом не столько профессиональные навыки, сколько их идеологические воззрения. Но, как и всегда, в составе этих отрядов были и «блатные» ― дети высокопоставленных чиновников союзных республик. Именно они-то, как мне кажется, и стали впоследствии у себя на родине опорой вдохновителей цветных революций в прибалтийских государствах.
Сужу так обоснованно. С конца 70-х и до середины 80-х годов мне довелось работать в гагаринской городской газете и тесно общаться с командирами и рядовыми бойцами стройотрядов. В те годы открытие строительного «семестра» происходило именно в этом городе. Наряду с космонавтами сюда в эти дни обязательно приезжали идеологические «чиновники» республиканских комитетов комсомола Эстонии, Литвы, Латвии и Украины. Они курировали своих людей, старались пристроить их на «теплые места». Спустя годы, уже их протеже стали во главе команд «газет и пароходов» и именно они определили «цветную» судьбу своих республик.
Примечательная деталь. Когда я попытался восстановить принадлежность стройотряда, запечатленного на фотографии к этой публикации, то наткнулся на глухую стену непонимания и молчания официальных лиц. Единственное, что мне удалось установить, так это то, что на снимке ребята из Одессы (судостроительный вуз или факультет при вузе). Помнится, в свое время они обратили мое внимание не только виртуозной игрой и пением, но и дружелюбием и командной сплоченностью. Страшно представить, но, скорее всего, это и их дети стали участниками огненной трагедии в Доме профсоюзов Одессы. Причем как с одной, так и с другой сторон.
Беда, коли память коротка!
Как известно, Юрий Гагарин родился в деревне Клушино Гжатского района Смоленской области. В 80-х годах здесь трудились строительные отряды из Волгограда. Честно говоря, приходилось им несладко. Во-первых, сказывалась отдаленность от областного и районного центров, что приводило с задержкой в поставке стройматериалов. Во-вторых, в понимании партийного и комсомольского руководства статус областного отряда уступал в сравнении с республиканскими отрядами. И потому волгоградцы при чествовании и похвалах были как бы «на задворках» .
Но в отличие от «чиновного люда» наши земляки всегда и всюду привечались рядовыми смолянами. Стоило волгоградским ребятам лишь упомянуть о месте своей учебы, как сразу же находились те, чьи отцы пали смертью храбрых во время Сталинградской битвы. И не раз наши студенты по окончании трудового семестра везли с собой горсть смоленской земли, чтобы присовокупить ее к праху тех, чьи останки захоронены на Мамаевом кургане.
Памятуя об этом, я несколько раз пытался найти волгоградских студентов, проводивших трудовые семестры на Смоленщине. Но разговоры с некогда «главными» камышинскими комсомольцами Валентином Вчерашним и Владимиром Подхватилиным не привели к положительным результатам. Как не помогло и обращение к Владимиру Кабанову, руководившим некогда всем волгоградским комсомолом. Может, у них память коротка. А может, всё и вся познается лишь со временем и в сравнении.