На рассвете 22 июня 1941 года немецкие войска предприняли попытку переправиться через Западный Буг южнее Бреста, в районе железнодорожной станции Дубица.
На надувных лодках около роты противника добралась до середины реки и получила ливень свинцовых пуль. Часть лодок была потоплена, остальные повернули назад.
Гитлеровцы торопились, им было необходимо в кратчайшие сроки захватить железнодорожную станцию, чтобы парализовать движение советских эшелонов по железной дороге. Для этого был выбран узкий участок реки, напротив Дубицы. Но, советские пограничники, а не было никакого сомнения, что это они, мешали осуществить планы.
Немцы потянули на свой берег минометную батарею и основательно перепахали минами дубраву на противоположном берегу. Снова началась переправа. Но едва гитлеровцы достигли половину реки — пулеметный огонь опять стал косить захватчиков.
На этот раз соседний берег был обработан не только минами, но и артиллерийскими снарядами. Казалось, после такого шквала никакого сопротивления возникнуть не должно.
Но неизвестный пулеметчик раз за разом срывал наступление. Вычислить его местоположение немцы не могли, а потому беспорядочно палили в сторону берега.
Между тем, советский пограничник, младший сержант 15-й погранзаставы (командир отделения) Алексей Новиков вел прицельный огонь из своего пулемета из дупла мощного дуба, который укрывал его от пуль и осколков.
Он в одиночку, после того как погибли 2-й номер пулемета рядовой Н.Е. Ставницкий и другие его товарищи, сражался против целого подразделения вермахта, не давая гитлеровцам пробраться на родную землю. Около 70 гитлеровцам так и не удалось достичь заветного берега, они были пущены на дно.
Лишь на следующую ночь немцам удалось переправиться через Западный Буг на других участках государственной границы. Они стянули свои силы к дубраве и обнаружили местонахождение пулеметчика. Во время перестрелки пограничник был ранен и потерял сознание.
Гитлеровцы выволокли его из изрешеченного дуба и переправили на западный берег реки. Им было необходимо отчитаться перед командованием, в чем причина задержки.
Пограничника привели в сознание, но он ничего не сказал на допросе. Тогда немецкий полковник, восхищенный мужеством советского пограничника, разрешил Новикову исповедоваться перед расстрелом и пригласил в дом настоятеля Яблочинского монастыря отца Христофора. Новиков исповедоваться отказался.
Польские жители похоронили Алексея Александровича Новикова в Бяло-Подляске Люблинского воеводства. А немцы долго помнили отважного пограничника и осознавали — дорога до Москвы будет не такой легкой, как они надеялись...
257 советских погранзастав НКВД в те дни держали оборону от нескольких часов до одних суток… Свыше 15 суток держалась 51 застава. До двух месяцев сражалось 45 застав. Ни одна пограничная застава не отошла без приказа. Маршал Г.К. Жуков позже признался: "Виноваты мы перед пограничниками. Отдали мы их на съедение…"