Я, тогда собственный корреспондент газеты "Советская Россия", случайно услышал об этой истории от знакомого ученого, работавшего в Дальневосточном научном центре. На следующее утро сел на паром, перебрался в бухту Славянка - и через несколько часов подходил к домику Виктора Коркишко в заповеднике "Кедровая падь". Хлебосольная хозяйка к приходу гостя налепила пельменей, но мне было не до ужина - настолько невероятные вещи рассказывал Виктор. А добил меня молодой ученый, кандидат биологических наук, специалист по леопардам, когда достал свой полевой дневник. Общую тетрадку со свежими записями. После чего я забыл и про сон...
Наутро, вернувшись во Владивосток, сложил записанный на диктофон рассказ Виктора с выписками из полевого дневника. И продиктовал репортаж "Час наедине с тигром", который был немедленно поставлен в номер и опубликован в "Советской России" 28 апреля 1987 года. С тех пор его перепечатывали множество раз, нередко дополняя самыми сказочными подробностями. Но этот непричесанный вариант - самый первый. Словно слышу голос Вити, которого уже нет с нами...
Из полевого дневника Виктора Коркишко
"Вчера собирал дополнительную информацию о леопарде у охотников села Лазо. К вечеру, вернувшись на кордон, обнаружил записку лесников Лазовского заповедника, в которой они рекомендовали посмотреть подозрительные следы в двух километрах отсюда. Сразу же отправился к указанному месту и рядом с дорогой обнаружил следы рыси. Часы показывали 17.30. До темноты оставалось около двух часов, и я решил потропить...
Недалеко от вершины сопки, на солнцепеке, след рыси потерял - снег здесь выветрился. Только закрыл дневник, внеся запись, как услышал сильный треск слева и увидел полосатый бок тигра. Метрах в десяти ниже меня он остановился и тихо два раза рыкнул, оскалив пасть, и быстрыми шагами направился ко мне. Я замахал руками и громко стал говорить ему: "Уходи отсюда, уходи, тебе здесь нечего делать. Я тебе ничего плохого не делал, уходи". Добавил еще кое-что...
Я довольно здорово испугался, говорил нервно и громко, в голосе чувствовался страх. Тигр подошел метров на пять и остановился. Я постарался взять себя в руки и начал говорить более спокойно. Весьма бессмысленный текст: "Киса, ты же умница, большая, красивая, сильная, чего тебе трогать меня? Ну давай разойдемся. Я туда, а ты в другую сторону. Я тебе ничего плохого не сделаю, у меня оружия даже нет. Ну, уходи, пожалуйста, отпусти меня".
Тигр стоял спокойно. Я попытался пошевелиться, отойти в сторону. Но только зашелестели листья под ногами, как он резко повернулся ко мне и начал обходить снизу и справа. Я старался говорить с ним как можно спокойнее и ласковее, унял даже дрожь в ногах. И все время поворачивался к нему лицом.
Речь, кажется, успокаивала его. Он снова остановился.
Мне пришла мысль закурить и, возможно, запахом отпугнуть его. Осторожно сунул руку в карман, достал коробок, но спички кончились. В рюкзаке был еще один коробок. Однако попытки снять рюкзак раздражали тигра, он снова сделал несколько шагов в мою сторону. Опять та же схема: стараюсь успокоить его голосом, а он обходит меня по кругу. Все же удалось снять рюкзак, но при этом хрустнула ветка - тигр тут же резко повернул и пошел на меня, низко наклонив голову.
Первая публикация дневника Виктора Коркишко.
Он, как и я, нервничал: и старался подойти ближе, и как бы не решался. В двух метрах от меня вдруг начинал чуть пятиться назад. Наконец вроде успокоился: начал как-то неестественно зевать, посматривать по сторонам, тереться усами и щеками об кусты. Затем переломил сухую веточку и стал, как бы играя, перекидывать ее в пасти языком. Это навело меня на мысль кинуть ему что-нибудь и отвлечь. Вытащил плоскую банку тушенки, после чего начал потихоньку отходить. Тигр заволновался. Я снял с головы шапку и кинул рядом с ним. Но он только на мгновение заинтересовался ею, слегка пожевал и бросил.
Воспользовавшись паузой, я снова попытался оторваться от него, но поскользнулся на крутом склоне. Тигр от неожиданности вздрогнул, присел для прыжка и резко повернул голову. Шерсть вздыбилась, хвост нервно дергался, особенно кончик. Я, правда, мгновенно вскочил, но он уже двигался на меня, слегка приоткрыв пасть. В его движениях и взгляде появилась уверенность. Я продолжал убеждать тигра, всеми силами стараясь подавить в голосе нотки страха, тон стал более требовательным. Возможно, это подействовало. Он остановился в метре. Я держал перед собой рюкзак, прикрывшись им, и упрашивал тигра оставить меня в покое.
Запомнилась его голова. Шерсть на лбу блестящая и гладкая, на светлом фоне красивый четкий рисунок иероглифа. Почему-то врезалось в память мокрое темное пятнышко на нижней губе. Яркие желто-зеленые глаза смотрели зло и решительно.
Эта сцена длилась с минуту. Продолжая пристально смотреть мне в глаза и все ниже прижимая голову, он сделал еще один шаг и стал медленно протягивать левую лапу к моей ноге. Я старался заслониться рюкзаком, опуская его все ниже и ниже, и продолжал разговаривать. Нос тигра от моих ног отделяли каких-то полметра. Такое противостояние продолжалось, думаю, минуты три. Все время ощущал безысходность.
Однако тигр не выдержал. Отвел глаза в сторону, обнюхал рюкзак, потерся об него усами и отступил на шаг. Постоял немного рядом, глядя по сторонам, и - улегся. Это придало мне уверенности. Я понял: пока стою неподвижно, он меня не тронет. Мелькнула даже сумбурная мысль, что при желании могу протянуть руку и погладить его. Он спокойно лежал и слушал мои разговоры. Я рассказывал ему о перспективах охраны редких животных и рассуждал о последствиях его хулиганской выходки - нужно было что-то говорить, по возможности, уверенно. Делал комплименты его внешности, но временами ловил себя на том, что голос начинает подрагивать, и тогда мысленно взбадривал себя.
Уже порядком стемнело. Деревьев рядом не было, одни кустарники. Я решил все же двигаться и приучить тигра к моему движению, откупаясь от него вещами. Оставаться в темноте с ним рядом было рискованно. Может, он ждет сумерек, чтобы напасть? Я стал потихоньку отступать от него. Он тут же встал и сделал выпад. Так продолжалось несколько раз. Тут я неожиданно опять поскользнулся. Когда поднимался, его голова была в метре от моей, причем, на одном уровне, так как он стоял выше по склону.
Я моментально вскочил и кинул ему большой кусок веревки, который приготовил раньше. Он подобрал веревку и начал методично ее жевать, откусывая небольшие отрезки. Это его немного увлекло, он отпустил меня метров на пять-шесть, но потом опять пошел вслед.
Что следующее? Достал из рюкзака "душегрейку"-безрукавку, в которую заворачивал фотоаппарат, и продолжил спуск. Однако меховая подкладка очень заинтриговала тигра, и он подошел вплотную. Я положил "душегрейку" перед ним. Он вырвал ее чуть ли не из рук и отошел в сторону, теребя. Я воспользовался этим и спустился метров на пятнадцать, приготовив шарф и меховую варежку.
Тигр опять догнал меня и занял свою дистанцию - три-пять метров, шел рывками, то догонит, то ляжет. Все его поведение напоминало охоту, он становился решительнее.
Встреча. Фото: рисунок Надежды Паргачевой
Склон был крутым. Я понимал, что неизбежно окажусь ниже тигра, и он получит идеальную позицию для прыжка. Но выхода не было, я скользнул вниз метра на два, и он тут же прыгнул на то место, где я только что стоял. Я повернулся к нему лицом, машинально выставив перед собой рюкзак. Он замер буквально на миг перед прыжком. Все четыре лапы собраны вместе, спина изогнута, как пружина. Я тоже замер, продолжая что-то говорить. Это был действительно страшный миг.
Он чуть-чуть заскользил на крутом склоне, не удержавшись. Его сносило на меня, и я решился отступить назад, продолжая разговаривать. Тигр почти скатился к моим ногам. Возможно, он тоже испытал облегчение, избавившись от неудобной позы.
Я почувствовал, что он уже менее агрессивен, чем несколько секунд назад.
Вскоре мы вышли на открытое место - заросшее сорняком поле. К этому времени стало совсем темно. В поведении тигра появились неприятные изменения. Он стал не просто ложиться, а затаиваться, идти на полусогнутых лапах, низко пригнувшись к земле и часто припадая к ней. До меня дошло, что он скрадывает меня. Все же я решил пробиваться к дороге за рекой.
На подходе к реке он отстал метров на двадцать, а потом вовсе пропал из виду. И уже над берегом вдруг выскочил метрах в пяти впереди и остановился между мной и рекой. Темнота не позволяла разглядеть выражение его морды, но я чувствовал, что настает еще один критический момент. Он снова шел сзади, сопровождая меня к перекату. По камням я начал переходить на тот берег, все время оглядываясь. У воды тигр остановился и стал пить. Я все дальше уходил от него.
Последняя картина: высоко подняв голову, он стоит и смотрит в мою сторону. Скоро я услышал звук снегохода..."
"Он заметил Виктора еще у подножия сопки..."
Тридцать пять лет назад я взял этот комментарий у знаменитого дальневосточного тигроведа Дмитрия Пикунова, который, увы, тоже ушел из жизни...
- Я был за рулем того самого снегохода, который подобрал Виктора. Не скажу, что сразу поверил ему. Лесники на кордоне и вовсе подняли Коркишко на смех. Однако наутро и они, и мы, члены небольшой научной группы, выехали на место - и шутки сразу как рукой сняло. Участники поиска - все без исключения опытные следопыты - быстро убедились в непостижимой правдоподобности происшествия. В снегу четко отпечатались следы пятившегося человека, многократно пересеченные следами и лёжками тигра. Тут же валялись обмусоленная и погрызанная шапка, разодранная в клочья "душегрейка", куски веревки. К другим предметам, в частности, к пачке сигарет зверь интереса не проявил.
По хорошо сохранившимся следам мы буквально шаг за шагом проанализировали действия хищника. За сутки до встречи с человеком он дважды скрадывал косуль, однако лишь на закате удалось настигнуть одну в молниеносном броске. Ночью тигр, а это был взрослый самец, пировал, потом долго отдыхал в теплом месте под скалой. Здесь, возможно, одна из разгадок случившегося - тигр был сыт, это, безусловно, снизило степень его агрессивности.
Тигр, как правило, не ищет контактов с человеком. Этот же проявил определенную инициативу. Он заметил Виктора еще у подножия сопки, спустился вниз и, выйдя на след человека, пошел вдогонку за ним. Почему же тогда в конце концов не напал? Видимо, главную роль сыграло исключительное самообладание ученого. Детальный анализ его поведения, на мой взгляд, представляет немалый интерес для психологов. А вот имеет ли эта история "прикладное" значение для тех, кто идет в тайгу? Только отчасти.
Надо помнить, что герой ее - человек, подготовленный к неожиданным встречам в тайге, десять лет изучающий крупных хищников. Это и помогло ему трезво оценивать ежесекундно меняющуюся ситуацию, принимать единственно правильное решение.
Но так ли безошибочно поведет себя другой человек, столкнувшись нос к носу с тигром? Думаю, в девяти случаях из десяти трагедия будет неминуемой.
Дмитрий Пикунов, старший научный сотрудник Тихоокеанского института географии ДВО АН СССР, кандидат биологических наук
ЗВОНОК ЧЕРЕЗ 35 ЛЕТ
Екатерина Коркишко: "Ужас Витя испытал наутро..."
Екатерина Ивановна Коркишко, а 35 лет назад просто Катюша, кормившая меня пельменями на кордоне, живет в Брянске. Две дочки-биолога, сын экономист. Я позвонил ей, чтобы задать один вопрос: как она узнала о невероятном происшествии с мужем? Ответ оказался еще более невероятным...
- Накануне ночью мне приснился сон, что на Витю напал тигр и он погиб. Проснулась в ужасе! Связи в то время никакой не было. А когда они с Дмитрием Пикуновым вернулись в заповедник и в дом зашел Дима первым, я чуть не потеряла сознание. Дима меня успокоил, что все хорошо, просто Витя встретил соседа и сейчас подойдет. Я рассказала о своем сне. И тогда они наперебой стали делиться подробностями. Витя сказал, что за тот час ни разу не испытал панического страха. А вот назавтра, когда снова пошел в маршрут, рассматривая следы тигра, ветром на голову набросило клапан рюкзака. Словно тигр ударил лапой. И в эту секунду он испытал ужас.
- Через четыре года Виктор стал директором заповедника "Кедровая падь"...
- Да, и руководил им до 2001 года. Бескомпромиссно боролся за сохранность заповедной природы. Защитил кандидатскую диссертацию, опубликовал множество научных работ, замечательную книгу "Из страны леопарда - с любовью". В честь него ученые Биолого-почвенного института во Владивостоке назвали новые для науки виды растений. Умер Витя от рака легких в 50 лет, очень рано. Спасибо "Родине", что вспомнила о нем.