И тут дверь распахнулась:
— Смотри, мам, какая лапочка! Пусечка, такая белая, пуфыстая, — рыжеволосая девочка чуть постарше моей бывшей подружки Ангелины шагнула за порог своей квартиры и наклонилась меня погладить.
— Не трогай, Кристя! — подбежала девочкина мама и схватила ее за руку. — Не видишь разве, котенок грязный и блохастый. Кто вообще разрешал самой дверь открывать? Бегом мыть руки с мылом, и марш в свою комнату!
Грохот захлопнутой на высокой тональности металлической двери эхом звучал в моих ушах, смешиваясь с детским плачем. Кристя, доброе ты сердечко. Из-за меня тебе всыпали ремня, это больно и обидно. Но в одном твоя мама была права — никому сама не открывай, что бы ни происходило за порогом.
— Нет, и еще раз нет! — донесся ответ строгой малышкиной родительницы на просьбу взять «пусю» к себе.
Признаюсь, слышать такое самолюбивому котенку крайне неприятно. Никому не нужен грязный оборванец, маменька моя. Сынок у тебя — блохастый изгой, которого следует чураться. Это на фоне ваших-то с бабушкой регалий и мечтаний о моем светлом будущем. Хорошо, что ничегошеньки о моей судьбе вам неведомо, а то б совсем осерчали.
Таковыми мыслями я пытался отогнать навязчивые видения, маячившие в голове в виде аппетитных мышат на серебряном блюде. А еще в воздухе отчетливо улавливался аромат печеночного паштета. Так не пора ли рискнуть и спуститься в подвал, чтобы развеять голодные галлюцинации?
В общем, я дошел до кондиции и, презрев потенциальную опасность, решительно преодолел несколько ступенек вниз. До заветной лазейки оставалось метра полтора, когда в подъезд вошел человек, пахнущий чем-то знакомым. Тот самый мужчина в коричневой куртке, что устроил вчера пирушку для моих бродячих собак-приятелей. Даже мне мелких косточек перепало, пусть и не особо удачно.
— Не ожидал тебя здесь увидеть, малыш. А дома, увы, только молочные сосиски, не обессудь.
Он смотрел, как я уплетаю довольно крупно нарезанные кругляшки, и усмехался. Оказалось, что сосиски — знатная вещь. Ничего вкуснее за тот месяц, что меня отняли от маменькиной груди, да и после, не едал. Я буквально проглатывал их, не прожевывая, и урчал, как маленький вентилятор.
— Ну что, а теперь может быть, зайдешь ко мне в гости?
Вы еще спрашиваете. Буду счастлив нанести визит.
Как бы то ни было, при всем доверии к этому человеку я сделал весьма осторожный первый шажок через порог. Чуть осмотревшись — несмелый второй, и остановился посреди коридора.
— Манечка, встречай гостя!
— Та-а-к, понятно. Ну, вроде же мы договаривались — никаких животных в доме. Что с вами поделаешь… Заходи, гость дорогой, раз пожаловал. Располагайся поудобнее. А ты, хозяин, бегом отправляйся в зоомагазин и купи побыстрей все по списку. Не забудь шампунь и противоблошиный ошейник. Первым делом придется нашему юноше принять ванну.
О, это я с превеликим удовольствием, уважаемая. Скоро сами увидите. И правда, через полчаса новые хозяева с удивлением обнаружили, что ребята нашей породы, в отличие от другой кошачьей братии, голосуют положительно за купания в теплой водичке. С давних времен ангоры — любители поплавать и хорошенько прополоскать свою белую шерстку.
— Вань, да нам породистый, похоже, мальчишка достался. Точь-в-точь, как на фотках в интернете. Надо будет посмотреть по району объявления о пропажах. Может, кто потерял этого красавчика и теперь ищет? А представь, если детишки за пушистым питомцем плачут. Тогда придется вернуть сокровище хозяевам.
Нет, уважаемая Маша, и хотелось бы, но нет. Никто меня не ищет. Ну, разве что Ангелина чуть погоревала, да и забыла. Новую дорогую игрушку ей вместо меня быстро подсунули, даже не сомневаюсь.
Мария расчесывала мою высохшую и ставшую от шампуня белоснежной шерстку, и любовалась распушившимся, как веер, хвостом.
— Мамочка, он стал после купания, как настоящий принц. Ты только никому не отдавай нашего котика. Ведь тогда я начну плакать. Уже его люблю, сильно-пресильно, — обозначил свою позицию первоклассник Никита, сын Ивана и Маши.
— Обещаю кормить его регулярно, убирать за ним. Как потеплеет, сам буду на красивом поводке выводить, выгуливать. А подрастет — начнем его будущих котят продавать. Я погуглил, они дорогие. Плэйстэйшн мне купите, новую версию, а то все только обещаете.
— Сиди уже, бизнесмен доморощенный. Котенок нам без документов достался, так что бизнес твой не самый рентабельный. Уши, лапы и хвост — все документы нашего нового жильца. Готов полюбить такого безо всякой для себя выгоды?
— Да, да, мамулечка, спасибо! Ура, принц, остаешься со мной. Ты рад?
— Ав-ав! — звонко и радостно пропищал я и прыгнул в объятия нового друга.
— А как назовешь своего принца?
— Так и назову, Принц!
— Здорово, конечно. А теперь попробуй быстро сказать «принц-принц», как будто приглашаешь его на кухню обедать.
— Прнтс-прнтс, — ой, и правда, даже не выговорить. А как же тогда?
— Нужно что-то созвучное с «кис-кис».
Никитос выбежал на кухню и прокричал:
— Макс-Макс!
И я стремглав помчался на его зов.
Так открылись новые странички моего дневника. Казалось бы, довольно безоблачные. Кстати, я с Никитой за компанию выучил все буквы алфавита. Только «правильнописание» поначалу не освоил.
В общем, все шло гладко, пока в воздухе не запахло весной. И тогда я опять все испортил…
Какие у вас прогнозы, уважаемые читатели? Неужто загуляет наш принц и не вернется в семью? Наверняка ему не миновать встречи с дворовыми соплеменниками, от которых однажды спас пес Буран со своей стаей.
Если вы только присоединились к чтению, вот начало истории об ученом коте:
Часть 1 Часть 2 Часть 3 Часть 4.
Продолжение, которое уже опубликовано: