Тик-так. Тик-так. Я внимательно наблюдала за секундной стрелкой огромных настенных часов. Прошло тридцать тиктаков после того, как за Арсом закрылась входная дверь. Он уехал навестить родителей. Для меня это означало одно: никакой готовки. И уборки.
16 декабря праздник — день немоты и тишины. Мой день наедине с собой — это подарок от Арса. Сегодня ещё отмечают День уродливого рождественского свитера, поэтому к родителям Арс одевался сам. Это ему подарок от меня.
Итак, сегодняшний день планирую провести максимально продуктивно.
Надену пижаму, возьму коробку хлопьев для завтрака, включу фильм и буду лежать, пока не появятся пролежни. Когда холопья и фильм закончатся, почитаю книгу.
План - идеален, я - решительна, время - ограничено, поэтому приступим!
Я, слегка пританцовывая под ритм, который задавала секундная стрелка, двинулась по квартире. Беды ничто не предвещало.
Добравшись до экватора квартиры, я ощутила на себе несколько взглядов.
Хм. Я начала осматриваться.
Первый взгляд шёл с левой стороны. Именно там, за платяным шкафом, прикрытый шторой, на меня скромно смотрел пылесос. Я обещала выделить для него время ещё неделю назад. Он об этом помнил и ненавязчиво о себе напоминал.
Слева была трудность другого характера. Мой непокорённый Эверест, неприступная Джомолунгма - гора неглаженного белья.
Между ними, прямо по центру, замыленным взглядом на меня смотрело немытое окно.
Внутри меня что-то колыхнулось. Что-то, что начинает колыхаться у женщин только на третьем десятке (женский инстинкт, внутренняя богиня или хранительница очага, называйте как хотите).
Но неет. Я быстро взяла себя в руки. Решение ничего не делать - несокрушимо.
Я проигнорировала взгляды, полные мольбы и, наконец-таки, добралась до шкафа. Моя пижама для ничегонеделания лежала на самой верхней полке. Конечно же, на самом дне. Пока я, упираясь двумя ногами в дверцы шкафа, одной рукой тянула пижаму, а другой придерживала комок одежды, расположившейся сверху, стало очевидно, что план по пролежням немного переносится.
Я бросила взгляд на огромные настенные часы, оценила, что времени ещё для всего достаточно и решилась.
- Проведу быстренько расхламление шкафа. Тут делов-то всего на полчаса, зато потом весь год порядок.
Секундная стрелка подбадривающе тиктакнула.
Спустя три часа, одно выпускное платье, пару дырявых носков и мой школьный бюстгальтер (который почему-то не был мал, как хотелось бы(( ) я закончила с расхламлением гардероба.
- Ну, всё! Теперь можно к фильму, хлопьям и мягкому дивану.
Путь к дивану пролегал мимо осуждающих взглядов пылесоса, грязного окна и гладильной доски, поэтому я приложила ладошку к лицу, прикрывая глаза.
- Если проблемы не видно - проблемы не существует.
Сегодня девиз таков.
Когда самая сложная часть пути была позади, я, освободившейся рукой, потянулась к нижней дверце кухонного гарнитура. Там лежала долгожданная коробка хлопьев. Моя рука почти коснулась блестящей ручки, но, за секунду «до», разочарованно обмякла. Я увидела его. Небольшое жирное пятно с обратной стороны стекла духового шкафа.
Уж слишком сильно оно нарушало мою внутреннюю гармонию, поэтому пока внутренний голос не успел завести шарманку про день ничегонеделанья, я побежала за помощью. Тряпка, ведро воды, капля средства, очищающего плиту, кафель и мою жизнь от отдыха - набор, который прибыл со мной к духовке. Я начала мыть.
Хорошая новость — пятно, которое я заметила, ушло быстро. Плохая — оно было не единственным.
Я и моргнуть не успела, как уборка от духового шкафа перешла на плиту, холодильник, фасады гарнитура и даже, простигосподи, верхние поверхности шкафов. Когда справлялась с последними, взгляд снова встретился с тремя всадниками апокалипсиса - пылесосом, окном и неотутюженным бельём. Внутри дрогнуло. Я сдалась. Дальше всё как в тумане.
…
Тик-так. Так-и-тик. Секундная стрелка раздражающе хихикала. День ничегонеделания провален. Я только закончила отмывать квартиру.
В двери повернулся ключ. Арс, румяный, довольный, с котомками от мамы, вбежал в квартиру.
- Душа моя, ты всё ещё лежишь? Ну сколько можно отдыхать? Одевайся, едем на каток, развеемся!