У еврейского населения отношения с Русской императорской армией не сложились с самого начала. Ключевым моментом в этой истории стал вопрос использования контингента: к 1911 году накопилось 8 (!) пунктов различных ограничений в прохождении евреями военной службы!
В частности, одним из родов войск, куда евреям был запрещен доступ, был флот. Хотя, по самому первому, 91-му набору, состоявшемуся в 1827 году, 1,637 совершеннолетних евреев были распределены именно на морскую службу (728 чел. – на Балтийский флот в Кронштадт и 909 чел. – на Черноморский, в Николаев) .
До 1835 года в Морское ведомство поступало евреев от 600 до 2,500 человек в год, а затем, в продолжение 9-ти лет, они вовсе не назначались на флот.
С 1844 года по 1853 г.г. евреи вновь стали набираться, от 100 до 400 человек в год, причем в Балтийское ведомство их поступало чуть более, нежели в Черноморское.
В 1853 году, при отделении особых губерний для комплектования обоих флотов, последовало Высочайшее повеление о назначении в Морское ведомство, по-прежнему, рекрут из евреев, с каждого набора 100 чел. и более, смотря по числу собираемых рекрут.
Однако в целом минувший опыт был признан отрицательным - спустя 29 лет после первого набора, тогдашний Управляющий Морским министерством барон Фердинанд Петрович Врангель (бывший главный правитель Русской Америки) во Всеподданнейшем докладе высказался категорично против назначения «впредь рекрут из евреев во флот».
Основными причинами, по мнению адмирала, были следующие: во-первых, неспособность евреев по природной малосильности к тяжелым работам и «непривычке к грубым мастерствам», в результате чего их нельзя было назначать в портовые работы.
Во-вторых, стремление, «по врожденной хитрости» всеми способами уклониться от дел.
В-третьих, наличие у еврейских рекрут многочисленных семейств (жен, детей и прочих родственников), которые при приеме на службу их мужей предпочитают ехать вслед за ними, тем самым, нарушая «черту оседлости» (для евреев военная служба в других регионах империи - это был шанс выбраться из системы ограничений). Однако на месте, «находясь при мужьях», жены не занимались работой, но вели «торговлю, сопряженную почти всегда с обманом». Прочие же родственники, переезжая из Кронштадта в Петербург, и наоборот, активно занимались контрабандой.
Ну, и наконец, в-четвертых. В военное время, как следовало из доклада, «особенно в приморских городах», от евреев ожидали массового дезертирства, а также передачи весьма важных сведений противнику в виду «свойственной им сметливости» (ссылаясь на инцидент, произошедший во время Восточной войны на Аландских островах) .
В результате, в течение 30-ти лет, вопрос о комплектовании еврейским населением флота не поднимался.
Однако, в 1885 году командующий войсками Киевского военного округа и генерал-губернатор Юго-Западного края генерал от инфантерии А.Р. Дрентельн вышел с инициативой о не назначении евреев в войска округа, в связи с чем очередной раз остро возник вопрос о том, куда именно стоит распределять еврейских новобранцев .
25 ноября 1886 года начальник 7-го Отделения Главного Штаба генерал-майор Оскар Гюббенет в своей докладной записке на имя Начальника Главного Штаба, «в видах возможного уменьшения еврейского элемента в пехотных частях», предложил «с будущего года допустить назначение евреев в некоторые из родов оружия» (в частности, во флот).
Однако, своим рапортом от 10 января 1887 года Начальнику Главного Штаба генерал-адъютанту Н.Н. Обручеву помощник Начальника Главного Морского Штаба контр-адмирал Платон Ермолаев, ссылаясь на опыт прошлого, категорически (как ранее и барон Врангель) высказался против возвращения евреев во флот - «допущение их на службу во флот теперь более нежелательно, чем это могло быть в прошлое время» .
Вопрос был закрыт.