24 августа 1942 года от пристани полярного порта Диксон отошел пароход "Александр Сибиряков". На борту — персонал и оборудование для новой полярной станции, которую планировали разместить на Новой Земле.
Время было военное, неспокойное. Но немецкие подводные лодки заходили в акваторию Карского моря редко и была надежда, что пароход выполнит свою миссию и вернется назад. Кроме того, на пароходе имелось и вооружение, способное отпугнуть врага, в виде небольших подлодок кригсмарине — четыре орудия калибров 76 и 45 миллиметров, а также два пулемета.
Но 25 августа 1942 года, неподалеку от острова Белуха, советский пароход столкнулся с огромным неизвестным военным судном, которое скрывало свой силуэт и в радиообмене сообщало противоречивые данные, подбираясь все ближе.
Радист парохода "Александр Сибиряков" успел сообщить в Диксон о встрече в море, затем неопознанное судно развернулось бортом, а вместо американского флага в небо взмыл красно-черный стяг гитлеровского ВМФ.
У советского парохода не было никаких шансов. На него глядели жерла многочисленных морских орудий германского тяжелого крейсера "Адмирал Шеер". Броне же немца пушечки "Александра Сибирякова" не могли причинить никакого вреда. Но пароход отважно принял бой.
Бой этот продолжался недолго. Снаряды тяжелых орудий буквально искромсали советский пароход и он начал тонуть. Оставшиеся в живых моряки бросились в море.
Немецкие катера уже спешили к месту крушения и пытались взять в плен выживших. Кто оказывал сопротивление — тех не щадили, остальных —хватали. Кочегара Павла Вавилова, который вцепился в деревянные обломки палубы, они не заметили.
Матрос дожидался, пока немецкий крейсер не отойдет на отдаление, а затем, из последних сил, забрался в поврежденную пароходную шлюпку и стал грести к острову.
Трудно объяснить, как ему удалось выжить в ледяной воде самого холодного северного моря России, среди плавающих льдин. Молодые годы и выносливость крепкого организма порой совершают чудеса. Дело осталось за малым — каким-то образом попытаться выжить на северном необитаемом острове, в мокрых лохмотьях, превращающихся на ветру в ледяной панцирь.
На счастье Вавилова в шлюпке оказались запас спичек, два топора, наган с патронами. Это помогло разжечь костер из плавника и отогреться. Еще в шлюпке были найдены банка с галетами и бочонок пресной воды. Из воды Павел выудил мешок с теплой одеждой, спальный мешок и мешок отрубей — это всё, что осталось от имущества полярной партии.
Осталось продержаться день-два, до тех пор, пока не прибудет поисковая партия и не заберет матроса с этого острова Белуха.
Вавилов не знал, что немецкий крейсер нанес визит и в порт Диксон, массированно обстрелял сам порт и поселок, повредил все советские корабли, укрывшиеся на стоянке. В общем, флотилии и руководству было явно не до поисков пропавшего парохода. О самом бое в Диксоне ничего не знали, а сигнал SОS радист просто не успел отправить, так как радиорубку снесло первыми залпами немцев.
Зато о новом жителе острова пронюхали любопытные белые медведи. Их пришлось отпугивать выстрелами из нагана. А затем Павел нашел старый деревянный маяк и предпочитал ночевать там.
Потянулись томительные дни ожиданий. Галеты быстро закончились, подстрелить медведя из нагана не представлялось возможным, нерпы и морские зайцы остров не посещали. Приходилось есть дозированные нормы отваренных отрубей. Иногда Вавилов видел проплывающие мимо пароходы и выбегал на берег, размахивая фуфайкой. Но его не замечали и пароходы скрывались за горизонтом.
С каждым днем становилось все холоднее, спички и плавун на острове заканчивались, отруби тоже. Павел давно потерял счет дням, но знал, что полярную зиму ему не выдержать. Однажды, из последних сил, он снова выбежал на берег, увидев силуэт парохода. Вавилов снял с себя фуфайку, несмотря на мороз и снова размахивал ей, пытаясь привлечь внимание. Это была последняя надежда.
И, о чудо, пароход "Сакко" подал сигнал. Его заметили. Вскоре за матросом прилетел гидросамолет. Но надвигался период штормов, сесть на волны не удавалось и самолет сбросил Павлу пакет с едой и папиросами.
Лишь на четвертый день после обнаружения, самолет, управляемый опытнейшим полярным летчиком И. Чечевичным, смог приземлиться и забрать моряка с необитаемого острова. В тот же день Вавилов узнал, что на острове он провел 34 дня.
Павел Иванович Вавилов после этого случая служил на судах плавсостава Арктического флота, был награжден медалями Нахимова и "За трудовую доблесть", званием почетного полярника СССР.
Женился, вырастил двоих дочек, а 18 ноября 1960 года П.И. Вавилову Указом Президиума Верховного Совета СССР было присвоено высокое звание Героя Социалистического Труда, с вручением Золотой Звезды Героя и ордена Ленина.
А прожил Павел Иванович недолгую жизнь. Мало кто знал, что после того августа 1942 года он маялся с почками. Его не стало в январе 1966 года, в возрасте 56 лет.