Глава 41
Исповедь цыгана
Виталий заскрипел замком и открыл ворота.
– Здорово, Виталий! – раздался грубый голос, это был цыган.
– Здорово! – ответил Виталий.
Ох, зачем он открыл цыгану, подумал я. Раздалось шарканье сапог – цыган прошел к нам во двор.
– Виталий! – взмолился цыган. – Пусти переночевать! Мне всего на одну ночь. Сторож совсем осатанел: говорит, мол, в полицию меня сдаст или отравит.
– А за что тебя в полицию? – спросил Виталий.
– Да ищут меня, – приглушенным голосом ответил цыган. – Пусти, Богом молю! Всего на одну ночь!
Вот заладил, подумал я, а если украдет у нас что...
Виталий помешкал и согласился:
– Ладно, цыган, только на одну ночь. Как тебя зовут-то?
– Зови меня просто цыган, – ответил тот.
Ишь ты, имя свое скрывает, подумал я, видимо, и впрямь натворил что.
Цыган обрадовался и зашагал к нашему дому.
– Выпить есть у тебя, Виталий? – спросил цыган, устроившись поудобнее рядом со мной на диване.
Ишь ты, снова подумал я, еще и на диван рядом со мной садится. И я предусмотрительно отодвинулся.
– Водки будешь? – предложил ему Виталий.
– Не откажусь! – сказал цыган. – Замерз как черт!
Виталий достал с очага чугунок с картошкой и налил цыгану водки. Мда, подумал я, ладно хоть не угостил его моим любимым влажным кормом. Я очень люблю влажный корм и никому его не позволяю пробовать.
Цыган выпил водки, и лицо у него раскраснелось.
– Спасибо тебе, Виталий! Всегда меня выручаешь! – сказал цыган.
– А нога-то твоя как? – спросил Виталий.
– Нога-то? – задумался цыган. – А нормально нога! Спасибо тебе!
Цыган выпил еще водки и съел всю нашу картошку.
– Щас спою, – сказал цыган.
Я наблюдал за ним с другого дивана.
– Может, не надо? – спросил у него Виталий. – Ночь уже. Спать пора.
Цыган посмотрел на Виталия и неожиданно застонал.
– Вот не поверишь, – сказал цыган, – вот здесь болит!
– Что такое? – спросил Виталий. – Где опять у тебя болит?!
– Вот здесь! – показал цыган на грудь и схватил себя за рубаху. – Сердце болит!
– Так ты не пей столько водки! – сказал Виталий.
– Дело не в этом, – цыган налил себе еще рюмку.
Надо признаться, я не люблю пьяных.
– Дело не в этом, – продолжил цыган. – Мать у меня больна.
Цыган был уже очень пьян, и Виталий наверняка пожалел, что пустил его.
– Чем? – спросил Виталий.
– Тяжело больна у меня мать, – сказал цыган. – И мне нужны были деньги. И я украл эту проклятую цепь из магазина.
– Тааак, – сказал Виталий. – И теперь тебя ищет полиция?
– Да, – цыган понурил голову. – Но я продал ее! Я ездил к матери и отдал ей часть денег на лечение.
– Да, сложная у тебя ситуация, цыган, – посочувствовал ему Виталий.
Я перестал злиться на цыгана и смотрел на него во все глаза с сочувствием.
– Хороший кот у тебя, – сказал цыган и посмотрел на меня.
Я немного смутился от таких слов.
– А вот у меня нет кота. И дома у меня нет! – продолжал давить на жалость цыган.
– А где же ты живешь? – поинтересовался Виталий.
– Да где придется, я же цыган, – ответил цыган. – С матерью жил какое-то время. У подруги жил. У сторожа жил.
– А мать сейчас где? – спросил Виталий.
– Мать в больнице, – ответил цыган.
– Будешь еще картошку? – предложил ему Виталий.
– Нет, – ответил цыган. – Я спать пошел. Завтра у меня важное дело.