- У меня есть, представьте себе, даже два ящика с инструментами, но... - Мина поморщилась, в них я не заглядываю, потому что... не умею ими пользоваться. - Знаю, знаю, – понимающе кивнула она. - Ничего страшного, что тебе до сих пор не приходилось справляться одной.
Я была в маразме после смерти мужа. Мне все стало безразлично, а те немногочисленные дела, которые меня еще волновали, казались мне слишком трудными для решения. До сих пор мне ничего не приходилось решать самостоятельно, я всегда могла рассчитывать на помощь мужа. Когда его не хватало, я чувствовала себя совершенно беспомощной. Поэтому я отодвинула от себя все более серьезные решения. Когда год назад меня затопили соседи сверху, я сначала отомстила. Потом долго смотрела на это уродливое рыжее пятно на потолке. Но потом перестала замечать его и нервничать.
Я не могла справиться
Так что он просто был – я терпел его, как и многие другие глюки в моем доме, которые я откладывал. Только когда я была вынуждена часами смотреть в несчастный потолок, пятно на нем начало беспокоить меня. Ужасно. Как будто этот след чешется. Именно тогда я решила сделать ремонт спальни. Это было моё первое самостоятельное решение после смерти мужа. Как только я выздоровела, я побывала на строительном рынке. Выбор обоев был настолько огромен, что у меня закружилась голова. Я отрезала по кусочкам от каждой, которая мне нравилась, и поэтому вернулась домой. Я провел весь день, прикладывая эти кусочки к стенам, пытаясь представить, какой узор лучше всего будет отображаться в комнате. Когда я наконец сделала свой выбор, я почувствовала такую усталость, как будто лично выгрузила вагон угля, но в то же время была счастлива, что приняла еще одно решение.
Я была уверена, что худшее позади. Гордясь своей новообретенной самостоятельностью, я позвонила подруге.
- Я собираюсь сделать ремонт. Ты знаешь какого-нибудь хорошего профессионала, который не сдерет меня?
Должно быть, я сильно удивила ее. Потому что она молчала, словно раздумывая, что мне сказать. Тишина в трубке затянулась.
- Алло, Евка! Ты там?
- Я, я ... - успокоила она меня. - Я думаю ... я могу порекомендовать вам того, кто работал у меня. Он хороший и относительно недорогой, но я предупреждаю, он сможет работать у вас только днем, так что это займет некоторое время. И вообще, что ты собираешься ремонтировать?
– Спальня. Знаешь, эта штука сводит меня с ума.
- Ну и здорово! - обрадовалась она. - Когда ты начинаешь?
- Я уже начала, - похвасталась я. - Я выбрала обои.
- Хорошо ... но вы знаете... - в ее голосе звучала как бы озабоченность, - прежде чем придет художник, вы должны снести всю мебель, сорвать старые обои, проверить, нет ли полостей в стенах, снять жалюзи, зафолить пол, – перечислила она, и у меня начала кружиться голова.
- Подожди, подожди... ты хочешь сказать, что я сама должна это сделать? –
Так будет лучше и дешевле. Ничего страшного. Не паникуйте.
- Я не знаю... Может, лучше я перестану заниматься всем этим ремонтом?
- Нет, что ты! - Тут же оживилась Евка. - Идея классная! Я помогу тебе во всем! - восторженно заверила она.
Да, она любила ремонт.
В своем доме она постоянно что-то улучшала. Она не пропустила бы такой благодати, какой была в моей отворенной спальне. На другой день ко мне прибыла обведенная лестницей, ведрами, мешками и всяким оборудованием, о применении которого я даже не пыталась догадаться. Она свалила это на пол в прихожей и вошла в спальню. Она огляделась и спросила: :
- Тогда куда мы все это несем?
- Как мы это выносим? - удивилась я. - Сейчас мы выпьем кофе.…
- Ничего, - покачала она головой. - Я тебя знаю. Вам нравится откладывать все на неопределенный срок. Мы выпьем кофе, когда вынесем все оборудование.
С подругой в роли помощника, надзирателя и погонщика я взялась за дело. В спальне не было лишнего оборудования, но мы все равно напились, прежде чем опорожнить ее, забив при этом вторую комнату. Когда мы наконец сели с кофе, мы обе разразились смехом при виде стоящей посреди гостиной кровати. Это выглядело довольно сюрреалистично.
- Ну, тогда завтра потолок, а потом мы сорвем обои, - распорядилась Евка, ставя чашку на комод, который мы тоже перенесли из спальни. – Вам нужно купить такую специальную жидкость, которая растворяет клей, – инструктировала она меня, – и я покажу вам, как это делается.
Еще один день мы посвятили снятию старой краски с потолка. С каждым отваливающимся лоскутом я понимала, что теперь у меня уже нет пути назад, что ремонт, который где-то там, в подсознании, я откладывала на более близкое „когда-то”, как раз и происходит. В волосах у меня были пятна краски и гипса, руки и шея болели от непрестанного вытягивания их вверх, но, несмотря на это, я чувствовала себя хорошо. Когда на потолке остался только голый бетон, мы с Евкой были довольны хорошо выполненной работой. После потолка настала очередь стен. Я решила „раздеться " самостоятельно. Я все больше и больше пользовалась валиком, которым смачивала старые обои, и шпателем, которым поддевала их, чтобы потом, потянув за угол, оторвать целые доли.
К сожалению, несмотря на опыт работы, она двигалась не так быстро, как хотелось. Были места, которые мне приходилось многократно смачивать и для хорошей меры сильно царапать острым краем шпателя, чтобы упрямая бумага наконец отделилась от бетона. К концу дня я была так измотана, что у меня кружилась голова, мои конечности дрожали от напряжения – и я сделала всего чуть меньше двух стен! Так сколько времени займет остальная часть комнаты?
Зазвонил телефон
- Ты жив? - услышала я голос подруги и почувствовала себя немного лучше при мысли, что кто-то где-то там беспокоится обо мне. - Как дела?
– Медленно. У меня была только одна стена, плюс одна с окном, но там было мало что делать. Я знаю, что это мало…
- Да ладно. Ты сама сделала половину комнаты, молодец. Завтра я приеду, чтобы помочь тебе, потому что на послезавтра я уже назначила встречу.
- Спасибо, Юка, но ... - я чувствовала одновременно и благодарность, и раскаяние. - У тебя, наверное, есть дела поважнее, чем мой ремонт, я не хочу тебя использовать.
- Да ладно тебе, женщина, - я почти видела, как она в этот момент махнула рукой, потому что всегда так расцветали мои возражения. - Ты же знаешь, мне нравится, когда что-то происходит. И я люблю дирижировать, - хихикнула она. - Я зайду после работы. Пока!
Она сдержала свое слово, и мы вдвоем шли намного быстрее. Заранее приготовленные огромные мешки были завалены клочьями обоев. Однако возникла новая проблема.
- А как насчет кабелей? Для чего они? - Евка указала на клубок проводов, который до сих пор скрывался под планками.
- Ба, чтобы я это знала... - вздохнула я. - Один, наверное, от сети, другой от кабельного, а остальные... – я пожала плечами, – понятия не имею.
- Хм, Мы сделаем что-то не так, и он отрежет тебя от сети.…
- Исключено! Без кабельного телевидения я могу жить, но интернет мне нужен для работы!
- Ладно, ладно, больше не паникуй. Я позвоню Томеку.
Она полез в карман за телефоном и некоторое время общалась с мужем. В это время я вышла на кухню, чтобы приготовить еще один чай.
Она не успела хорошенько настояться.
Евка ворвалась в кухню с довольным выражением лица.
- Он скоро приедет. Я велела ему взять ящик с инструментами, потому что у тебя, наверное, даже отвертки нет, не говоря уже о клейкой ленте…
- И тут ты удивишься, - улыбнулась я. - У меня есть, представьте себе, даже два ящика с инструментами, но... - Мина поморщилась, - в них я не заглядываю, потому что... зачем. То, что я различаю молоток, отвертку и щипцы, не означает, что я умею ими пользоваться. Все это лежит неподвижно с тех пор, как…
- Знаю, знаю, - понимающе кивнула она. - Ты же не обязан все знать. Не волнуйся – - обняла она меня. - Ничего страшного, что тебе до сих пор не приходилось справляться одной.
Как ни парадоксально, это дружеское объятие и заботливые слова заставили меня чувствовать себя ужасно. Так ужасно, что слезы сами по себе потекли из моих глаз. Может быть, именно в этот момент я наиболее отчетливо осознала, что теперь так будет всегда, что обо всем мне придется заботиться самой, что я обречена на всю оставшуюся жизнь только на собственное изобретение.
- Не реви, - она приняла угрожающее лицо. - Потому что нет причин. Ты отлично справляешься, и если ты даже не справляешься с чем-то, я тебе помогу.
При этих словах я расхохоталась еще больше и, наверное, погрузилась бы в горе над собой, если бы не гремел домофон.
- Кавалерия прибывает с отсеком, - пробормотала Евка.
Томек осмотрел профессиональными глазами все провода, потом аккуратно их разделил, что-то там отключил, что-то там изолировал, перенес роутер в прихожую и велел проверить, работает ли он. Я включила ноутбук. Net был. Хип, хип, ура!
- Только будьте осторожны, чтобы не споткнуться об этот кабель, - он указал на проходящий сейчас через середину прихожей провод. - Я полил его скотчем, но он может отпустить, так что не рвите его с мясом.
- Не вырву, - заверила я. - И большое спасибо. Я испеку тебе в награду твой любимый торт – - пообещала я.
- От твоего пирога я никогда не отказываюсь, - улыбнулся он. - Такой чизкейк, например, на песочном торте, с шоколадной глазурью, ням... - пробормотал он. - Когда я могу на него рассчитывать?
- Ой, ты, милашка, - ткнула мужа в плечо. - Я тебе испечу, когда закончу с ремонтом. Ты же видишь, что здесь происходит.
- Ну вот, да, бывает, но ... ведь кухню Анка не ремонтирует, не так ли? Так вот ... - он с надеждой посмотрел на меня и невольно облизнулся.
Я засмеялась.
Именно его тяга, удовлетворяющая мои кулинарные таланты, улучшила мое настроение более эффективно, чем объятия Евки. Я не была так одинока и бесполезна, когда мне еще было для кого печь пироги.
- Я тебе завтра испечу. У тебя это как в банке.
- Держу слово. Я еще нужен? - спросил он, собирая свои инструменты. - Потому что как нет…
- Можешь уже возвращаться, – любезно согласилась Евка, - а по дороге выноси мешки с обоями. И не пытайтесь торговаться за еще один торт! - она погрозила ему пальцем.