Многочисленные запреты и трудности в расчетах пока не мешают России наращивать экспорт нефти и нефтепродуктов ударными темпами. По данным Международного энергетического агентства (МЭА), в ноябре суточные поставки на внешние рынки достигли 8,1 млн баррелей в сутки, что на 0,27 млн баррелей больше октябрьского показателя и близко к рекордным значениям апреля. В структуре ноябрьского экспорта нефть составила 5 млн баррелей в сутки, нефтепродукты — 3,1 млн баррелей.
Рост поставок обеспечила Европа, увеличив в ноябре закупки дизельного топлива до 1,2 млн баррелей в сутки (в октябре — 0,9 млн баррелей в сутки), и Индия, обновившая рекорд по поставкам сырой нефти из России (1,3 млн баррелей в сутки). В то же время Евросоюз сократил суточные закупки нефти с 1,5 млн баррелей до 1,1 млн баррелей.
Растущий экспорт простимулировал увеличение добычи — в ноябре она составила 11,2 млн баррелей в сутки, увеличившись по отношению к октябрю на 0,1 млн баррелей и почти достигнув февральских показателей (тогда в России добывали 11,4 млн баррелей в сутки). По прогнозам МЭА, для российской нефтяной индустрии 2022 год станет успешнее предыдущего, показатели суточной добычи составят 11,04 млн баррелей (в 2021 году — 10,87 млн баррелей).
Финансовая сторона
Рост поставок на внешние рынки логично обернулись полнокровными потоками бюджетных доходов. За январь — октябрь профицит федерального бюджета составлял 128,4 млрд руб., а по итогам ноября он подскочил в четыре раза, до 557 млрд руб. Правда, наш Минфин по-прежнему боязливо прогнозирует годовой дефицит в 2%, но мощный ноябрьский поток экспортных нефтедолларов уже перекрыл план поступлений на весь 2022 год и явно опровергнет осторожных консерваторов из финансового ведомства.
Но бить в победные литавры рано. В ноябре еще не вступили в силу режим ограничения цен и европейское эмбарго на морские поставки нефти из РФ, и страны ЕС наращивали поставки, стремясь закупиться впрок. А рост бюджетного профицита обеспечил единолично «Газпром», разово выплатив государству промежуточные дивиденды в размере более 0,5 трлн руб. В то же время, очевидно, что именно потолок цен сыграл роль катализатора российского экспорта в ноябре. В этом месяце крепнущая переориентация наших поставок на азиатские направления наложилась на всплеск европейских покупок перед введением эмбарго. В итоге ноябрь в опережающем режиме уже обеспечил российскому бюджету безболезненное исполнение расходных статей за весь 2022 год, что явно не вяжется с представлением западных стран о действиях их санкций. Но в следующем году таких показателей будет добиться труднее, и данные об экспорте в декабре станут очень показательны. Например, тот же МЭА прогнозирует падение среднесуточной нефтедобычи в 2023 году до 9,62 млн баррелей.
«В ноябре еще не вступило в силу европейское эмбарго на нашу нефть, — поясняет эксперт фонда национальной энергетической безопасности, научный сотрудник Финуниверситета при правительстве РФ Станислав Митрахович. — А в феврале добавится и эмбарго на нефтепродукты. Поэтому страны ЕС активно закупаются, им сложно обойтись без этих поставок. Фактически Европа попадает под двойной удар — их НПЗ, перерабатывающие нашу нефть, рискуют после запретов сократить выпуск продукции, и в то же время прекратятся поставки российских нефтепродуктов. Они, конечно, будут стараться заместить нашу нефть, например, ближневосточной, но это стресс для экономики. В случае роста цен на нефтепродукты не исключено, что в странах ЕС начнут ограничивать их потребление, введут нормирование.
К прогнозам МЭА по нашей нефтеиндустрии на будущее нужно относиться с некоторой осторожностью, это агентство в марте предрекало России падение экспорта и нефтедобычи на треть, потом перенесли этот прогноз на май, но по факту этого так и не произошло».