— Я должен выйти?!
Эля даже рассмеялась от застывшего удивления на лице вампира.
— Именно. В обществе не принято принимать ванну вместе, если мужчину и женщину не связывают близкие отношения, — произнесла она менторским тоном.
— Серьезно? — кажется, удивлению Светлого князя не было предела. — Я видел тебя почти обнаженной. И за тысячи лет своей жизни лицезрел стольких голых женщин, что с абсолютной уверенностью могу заявить — вы мало чем отличаетесь.
— Праматерь Лилит! Ты мог сказать еще что-то более бестактное и неуместное своей паре?
— Это лишь факт.
— Хочешь и я расскажу факты из своей жизни. Вот, например, около двадцати лет назад я безумно влюбилась. Влюбилась впервые! Представляешь? Ах, сколько у меня было мужчин, но именно этого я полюбила всей душой, — рассказывала юная княгиня к своему удовольствию отмечая, что сердце вампира застучало быстрей. — О его имени я предусмотрительно умолчу, вдруг в тебе, мой князь, взыграет ревность. Чего, конечно же, не может быть. Факты не ревнуют.
— И сколько у тебя было мужчин? — уточнил вампир, задержав дыхание.
— Много. Очень много.
— Насколько много?
— Я не вела им счет. Но могу сказать с полной уверенность, что точно меньше, чем у тебя женщин. Это ведь факты, — она повернула барашек крана, перекрывая воду.
— Я тебя понял, — Михаил ответил безэмоционально, но его выдавало словно сошедшее с ума сердце. Он бы, наверное, так и продолжил стоять, пока тонкий девичий пальчик не указал на дверь.
— Кстати, со своей стороны, я могу с полной уверенностью сказать, что вы, мужчины, все совершенно разные.
— Благодарю за пояснения.
Дверь плавно закрылась, и Эля закусила нижнюю губу, чтобы, ни дай боги, не засмеяться. Почему в этот момент у нее не было под рукой фотоаппарата, она бы с удовольствием запечатлела лицо князя.
К ее удивлению, Михаил не покинул особняк, как сделал в прошлый раз, как только стал чувствовать связь истинных пар. Судя по звукам, он прохаживался по комнатам, ища что-то или просто прогуливаясь, пока Элеонора, лежала в ванной и, играя с пеной, наблюдала за тонкой серебристой нитью. Она то изгибалась, следуя за Светлым князем, то замирала, когда тот останавливался.
— Мой князь, — позвала вампирша, вскинув голову. — Мой князь!
На зов он проявился сразу в комнате, игнорируя дверь.
— Потереть спинку?
— Нет, с этим я справляюсь сама. Как ты смотришь на ужин?
— Ты меня приглашаешь?
— Да, — свое согласие Эля подтвердила кивком, продолжая из пены строить башенки. — Отличный повод узнать друг друга поближе и доказать моему отцу, как мы счастливы.
