Среди многих подвигов, совершенных советскими летчиками в годы Великой Отечественной войны, особо выделяется подвиг Петра Терентьевича Кальсина, который произошел 12 декабря 1943 года.
Итак, в тот день было пасмурно и мрачно. Гвардии старший лейтенант Георгий Артурович Баевский и гвардии лейтенант Петр Терентьевич Кальсин получили приказ выдвигаться на свободную "охоту" на участок фронта в районе Никополя-Кривого Рога. В ходе поиска противника летчики углубились на территорию, занятую немцами.
Теперь сделаю маленькое отступление и расскажу о том, кто такие Кальсин и его командир Баевский. Оба они считались лучшими летчиками 5-го ГИАП. Баевский еще до войны связал свою жизнь с небом, после окончания летной школы остался там же в роли пилота-инструктора. После нападения немцев на Советский Союз всеми силами равался на фронт, однако его не пускали, поскольку опытные инструкторы были куда нужнее рядовых пилотов. В конце концов Баевский все же был зачислен в состав действующей армии и отправился на войну.
Кальсин же был человеком сельским - он трудился, причем весьма успешно, агрономом, и ни о какой воинской стезе никогда не мечтал. Однако война все перевернула и заставила молодого человека научиться управлять истребителем. А уж освоив это дело он стал настоящим асом.
Итак, два этих в чем-то разных, но в чем-то и одинаковых человека искали противника над оккупированной территорией СССР. В какой-то момент они увидели колонну, двигавшуюся по дороге, и атаковали ее. В результате был уничтожен вражеский обоз и 2 грузовика, а еще 3 машины при этом съехали в канаву и получили повреждения. После столь удачного начала охоты летчики взяли курс на близлежащий немецкий аэродром.
Добравшись до аэродрома командир пары Георгий Баевский увидел немецкий самолет, который заходил на посадку - это был FW-189, у советских бойцов прозванный "Рама", цель сложная, очень опасная, но желанная. Баевский сообщил ведомому о том, что атакует самолет, и двинулся на него. Немец, к счастью, был слишком увлечен расчетом траектории посадки, да и не ожидал он встретить прямо под своим аэродромом противника, а потому советские истребители увидел далеко не сразу.
Баевский атаковал "Раму" сзади, снизу. Немецкий летчик советский истребитель все же заметил, но было уже поздно. Баевский послал по FW-189 очередь, отчего немецкая машина загорелась, сделала в небе эдакий круг и начала падать. Однако надо же такому случиться, что бортовой стрелок уже падающего немецкого самолета выпустил ответную очередь, да так удачно, что поджог самолет Баевского. С каждой минутой машина все меньше и меньше слушалась летчика, а в кабине становилось невыносимо жарко. Через пару мгновений винт остановился, двигатель заглох. С парашютом было уже не выпрыгнуть, так как высота оказалось совсем малой. Баевский сообщил Кальсину о том, что идет на вынужденную посадку прямо тут. Кое-как найдя какое-то более-менее свободное поле он усадил машину, причем на брюхо, так как шасси не выпускалось. Летчик выпрыгнул и отбежал от истребителя, опасаясь взрыва. Кроме того, он и сам уже еда ли не пылал. Сбросив горящую верхнюю одежду, Баевский остался в легкой гимнастерки и в шерстяных носках. До линии фронта отсюда было 80 км, а рядом немецкий аэродром, стоял холод...Ситуация была ужасная.
А что Петр Кальсин? Он видел, как его командир сел, как выскочил из горящей машины, как сбросил с себя одежду. А еще он видел, что со стороны аэродрома бегут к сбитому советскому самолету немцы. Ну не бросать же товарища...И летчик принял решение садиться рядом. Он попытался сесть, но в последний момент увидел всю опасность маневра, да и Баевский неистово руками замахал - оказывается, на поле были борозды, и Кальсин зашел на посадку поперек них. Тогда он вновь поднялся выше и зашел на новый заход, уже вдоль борозд, благополучно сел, едва не перевернувшись.
Пока Баевский забирался в машину Кальсина, раздался сильный взрыв - сперва летчики подумали, что это немцы, но оказалось, что рванул самолет командира. Наконец, Баевский устроился, и начался взлет - только чудом они не упали, набираю высоту на неровном поле. Наконец, машина взмыла в воздух, а на полянке в это время уже столпились немцы - им не хватило совсем немного времени, чтобы вступить с летчиками в бой.
Давно на советском аэродроме ждали возвращения советских пилотов. Но когда они увидели только один самолет, то грусть и печаль легла на личный состав...Они подумали, что Баевский из боя уже никогда не вернется. Какого же было их удивление, когда из "Ла-5" выбрались сразу 2 летчика!
За этот бой и Баевского, и Кальсина наградили орденом Красного Знамени. Кроме того, особо выделяя самоотверженность Кальсина, его представили к званию Герой Советского Союза. Но история Великой Отечественной войны не знает такого героя...Почему? Потому что 8 дней спустя, 20 декабря 43-го года, Кальсин бросился преследовать немецкие самолеты и пропал без вести.
Уже после войны Баевский, который был обязан Кальсину жизнью, спрашивал Родиона Малиновского, мол, как же так, почему Кальсину звания Герой Советского Союза так и не дали, хотя представляли? Малиновский ответил, что подвиг у Кальсина был замечательный, и звание бы ему дали, если бы он пал в бою, а он, видишь ли, пропал без вести...Вот так прославленный советский летчик-ас Петр Терентьевич Кальсин, который совершил свыше 1 тысячи боевых вылетов и уничтоживший лично 15 самолетов противника, звания Герой Советского Союза, по мнению командования, оказался недостоин.
Я знаю, что, как обычно, сейчас придут некоторые и объяснят мне, что люди воевали не за медали и не за звания. Так с этим я и не спорю. Но я напомню, что звание Герой Советского Союза - это не просто звание, это льготы семье героя. Послевоенная жизнь была крайне тяжела, и что-то мне подсказывает, что родным Кальсина эти льготы были бы очень кстати.
Данный материал написан под впечатлением от другого подобного подвига - вот ссылка на мою статью о нем.
Дорогие друзья, со всеми вопросами, предложениями, пожеланиями и т.д обращайтесь к нам на почту: mmmmaaaccs@mail.ru. Буду очень благодарен за лайки, дизлайки, комментарии и подписку.