Целибат служению не помеха
Каково это, когда слова сталкиваются, высекая незримую искру, и становится понятно, что они связаны незримыми узами или хотят пожениться, или вообще всегда были заодно.
Несколько слов о Патриции Локвуд, если вы о ней еще ничего не слышали. Она довольно молода - всего сорок, но известна уже лет двадцать. Она была в шорт-листе Букеровской премии и ее книги переведены больше чем на двадцать языков. Никогда не училась в колледже. Работает в самых разных жанрах: поэт, эссеист, литературный критик, юморист, прозаик - и везде успешна, единственная писательница, чьи фикшн и нонфикшн книги входили в списки десяти лучших книг года по версии NYT. Стала звездой Твиттера, когда это еще не было мейнстримом. Дочь католического священника с четырьмя родными братьями и сестрами.
И вот с этого места подробнее, потому что у католических священников детей не может быть по определению, им предписан целибат. Однако отец Триши пришел в католицизм из лютеранства, уже будучи женатым, получив право на рукоположение от Папы Иоана Павла II и являет собой уникальный пример женатого католического священника. Не будь этого, не было бы и книги "Святой папочка" (Priestdaddy), в которой опыт возвращения с мужем под родительский кров после двенадцати лет самостоятельной жизни перерастает в рассказ о семье, разговор о религии и вере, родине и свободе, и еще примерно тысяче разных вещей, волнующих нас на другом конце света не меньше, чем американцев - на их.
Итак, редкое заболевание глаз мужа Патриции потребовало серьезной послеоперационной реабилитации, на этот период он вынужден был отказаться от работы в журналистике и из-за материальных трудностей молодая семья вернулась в отчий дом. Что, вы понимаете, всегда бывает непросто, а в случае авторитарного отца и самостоятельной, уверенной в себе и уже довольно известной (хотя известность еще не приносит дивидендов в виде гонораров, роялти, покупки прав на экранизацию) дочери - непросто вдвойне. А в случае воспитанной в истовой вере, но впоследствии отошедшей от религии женщины - втройне.
И если прибавить мелкие брызги, вроде обиды за так и не полученное высшее образование - в квадрате. Понять горечь человека, лишенного того сочетания трамплина с подушкой безопасности, которое дает университет может наверно только тот, кому пришлось пробиваться, не имея в анамнезе этой поддержки. Самородку Локвуд с ее тяготеющим к афористичности талантом повезло прийти в Твиттер и стать его звездой на заре возникновения этой соцсети, но в целом необходимость перманентно подтверждать право вхождения в круги, где не самые яркие люди с высшим образованием чувствуют себя дома - это достаточно болезненный опыт.
Рассказ писательницы о родительской семье, в которую пришлось вернуться по необходимости и когда бы не крайний случай - век бы не возвращаться, поначалу полон смешных и забавных колкостей. Вы имеете представление о стиле Патриции Локвуд, если читали книжные обзоры Насти Завозовой (Peggotty в ЖЖ) - смешные, умные, емкие. Вот теперь представьте, что так написана целая книга. На самом деле это суперкруто, проблема для русскоязычного читателя в том, что трудно, почти невозможно приложить к себе реалии детства, взросления, пребывания взрослого не религиозного человека в лоне истово религиозной семьи.
Мы и о православии-то мало чего в этом смысле знаем, хотя некоторое представление могут дать отличные "Маркетолог от Бога" Кати Кокуриной (Лицей-2020) и "Выше ноги от земли" Михаила Турбина (Лицей-2022). Но католичество с его культом Богоматери, обрядовой пышностью, богатым до избыточности изобразительным рядом - сильно отличается и от православия, и от сдержанного англиканства. "Пристдэдди" образец прозы отталкивания от среди и одновременного притяжения к ней, проникнутый жестким темным юмором.
Но важнее все-таки нежность, уважение, благодарность и любовь, к которой приходит в итоге эта язвительно-насмешливая книга.